На безопасной высоте

Летчики Кавказской армии открывали новые возможности в боевых машинах и в самих себе

В начале войны возник вопрос о применимости авиации в условиях горного ТВД в целом и Кавказского в частности. Сомнения рассеялись после первых отважных авиаразведок.

Условия полетов на Кавказском фронте отличались исключительной суровостью. Высота вершин и хребтов выделяла его по сравнению с другими горными ТВД. Даже трехтысячники для авиации начала XX века были серьезным препятствием. А еще хаотический характер земной поверхности (напоминавшей океан в момент девятого вала, свидетельствовали современники), мощные воздушные течения, глубокие воронки, неожиданные атмосферные завихрения, внезапно поднимавшиеся сильнейшие ветры, густые, постоянно перемещающиеся туманы, мизерное число площадок, годных для взлета-посадки. На всем ТВД имелось лишь пять аэродромов и только один (Трапезундский) был расположен в условиях, близких к равнинным.

Самолеты, на которых летали турецкие летчики, относились к новейшим германским образцам

Разумеется, для такого специфического ТВД требовались аэропланы, обладавшие повышенной скороподъемностью и устойчивостью. Но ситуация была обратной – Кавказский фронт стал своего рода Камчаткой, куда отправлялись устаревшие типы машин. Вплоть до конца 1916 года авиация Кавказского фронта состояла из «Моран-Парасолей» («летающих гробов»), сравнительно слабых «Ронов» и грузных «Вуазенов». Только в начале 1917-го в кавказских авиаотрядах появляются одно- и двухмоторные «Кодроны», а также два истребителя «Ньюпор-21».

Боевой опыт приобретался долго – его сложно наработать, когда в месяц лишь пять – восемь полетных дней. Выручало преимущество русских войск над турецкими и слабость вражеской ПВО.

Авиапарк располагался в далеком Тифлисе, хотя выдвигались идеи переместить его в 1916 году в Карс или Эрзерум. Отсутствовали многие запчасти, но имелся огромный запас патронов к пулеметам системы Льюиса (4 млн штук при годовой потребности 15–20 тыс.).

На безопасной высоте

В начале войны неприятельская авиация на Кавказском фронте почти отсутствовала – она была сосредоточена на европейских ТВД Оттоманской империи. И в заметном количестве появилась только после разгрома под Эрзерумом – зимой-весной 1916-го. Необходимо отметить: несмотря на то, что авиация противника на Кавказском ТВД была слаба количественно, самолеты, на которых летали турецкие летчики, относились к новейшим германским образцам.

При эпизодичности действий оттоманской авиации и значительной протяженности фронта встречи в воздухе русских и турецких летчиков были очень редки. Состоялось не более пяти воздушных боев.

В качественном плане личный состав авиации Кавказской армии оказался на высоте. На Кавказском фронте действовало три-четыре авиаотряда, занимавшихся в основном воздушной разведкой и бомбометанием. Корректировка артиллерийского огня, аэрофотосъемка и авиационная связь стали применяться здесь гораздо позже, чем на австро-германском.

На безопасной высоте

Особое место и значение авиаразведки на Кавказском фронте выявилось в ходе блестящей Эрзерумской операции. Самоотверженные действия летчиков принесли ощутимые результаты.

Позиционной войны Кавказский фронт не знал. Огромные расстояния, скверные дороги (почти всю войну боевые действия протекали на вражеской территории) и скудость лесной растительности затрудняли маскировку, поэтому разведка даже незначительной авиационной группировкой давала хорошие результаты. И аэрофотосъемка всегда приносила командованию ценную информацию.

Серьезный моральный, а зачастую и материальный эффект имели бомбометания. Турецкие войска зачастую разбивали биваки на открытой местности, располагаясь, как правило, в палатках. Бомбардировка сразу же вносила во вражеский стан панику и дезорганизацию. Но чтобы осуществить успешную бомбежку, летчикам приходилось снижаться, а в горах это было сопряжено с серьезным риском.

На Кавказе и в Турции вершины четыре тысячи метров не редкость, при изменчивом рельефе много воздушных ям, а безопасное расстояние от земли, предохраняющее аэроплан от винтовочно-пулеметного огня, – три тысячи метров. Таким образом, аэроплану нужно было подниматься до семи тысяч метров. Не каждый самолет для этого пригоден, не всякий пилот такое выдюжит. Но наши асы были на высоте. При всех проблемах, сложностях и недостатках в организации службы, невзирая на условия театра военных действий, кавказская авиация внесла достойную лепту в успехи своей доблестной армии.

Начавшееся после Февральского переворота разложение Вооруженных Сил, стихийный отход в ноябре 1917 года с занимаемых позиций не могли не коснуться и авиации. Наблюдались дезертирство, хищение и распродажа ценного военного имущества. Авиаотряды постепенно отводились в тыл, но наибольшие потери в материальной части и имуществе они понесли при паническом отходе войск бывшей Кавказской армии и национальных корпусов из Карса, Эрзерума и Батума. Предложение поступить на службу к закавказскому правительству почти все русские летчики отвергли.

Справка «ВПК»

Кавказская армия – оперативно-стратегическое объединение, обладавшее давней историей и славными боевыми традициями. Но в авиационной сфере ситуация к началу Первой мировой войны оставляла желать лучшего. В составе армии имелся лишь один авиаотряд, вооруженный слабосильными аэропланами-«старичками» – «Фарманами» и «Парасолями». Скупое материально-техническое обеспечение, практически полное отсутствие боевого опыта и скептицизм относительно форм и методов применения авиации, казалось, не предвещали ничего хорошего кавказской авиации…

Алексей Олейников,
ведущий рубрики, доктор исторических наук

#Farman #Morane #Rhone #Voisin #Caudron #Nieuport 21

Опубликовано в выпуске № 27 (691) за 19 июля 2017 года

Нравится

Loading...
Комментарии
Спасибо! Подобные военно-исторические экскурсы, не сопровождаемые псевдопатриотической истерией, всегда интересны.
Добавить комментарий
Фото неделиФотоархив HD
МАКС-2017

Вниманию читателей «ВПК»
  • Обсуждаемое
  • Читаемое
  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц