Версия для печати

Северные территории

Корабельников Александр
Как известно, недавно разработаны и опубликованы «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу». В них прямо сказано, что необходимо создать группировки войск (сил) общего назначения ВС РФ, других войск, воинских формирований и органов (в первую очередь пограничных) в Арктической зоне России, способные обеспечить военную безопасность в различных условиях военно-политической обстановки… Хорошо, что государство наконец озаботилось ситуацией на нашем Севере. Но вот вопросы: что реально представляет сегодня российский Север и кто потенциально может посягнуть на наши ресурсы? А главное – способны ли мы защитить их без применения ядерного оружия?


ЧТОБЫ УДЕРЖАТЬ ИХ, РОССИЯ ВЫНУЖДЕНА БУДЕТ ПЕРЕЙТИ К ПАРТИЗАНСКИМ ДЕЙСТВИЯМ?


Как известно, недавно разработаны и опубликованы «Основы государственной политики Российской Федерации в Арктике на период до 2020 года и дальнейшую перспективу». В них прямо сказано, что необходимо создать группировки войск (сил) общего назначения ВС РФ, других войск, воинских формирований и органов (в первую очередь пограничных) в Арктической зоне России, способные обеспечить военную безопасность в различных условиях военно-политической обстановки… Хорошо, что государство наконец озаботилось ситуацией на нашем Севере. Но вот вопросы: что реально представляет сегодня российский Север и кто потенциально может посягнуть на наши ресурсы? А главное – способны ли мы защитить их без применения ядерного оружия?
{{direct_hor}}


Фото: PHOTOXPRESS
К районам Крайнего Севера и местностям, приравненным к ним, отнесено 27 субъектов Российской Федерации: 6 республик, 3 края, 10 областей и 8 автономных округов. То есть довольно значительная часть территории страны. Поэтому рассмотрим задачу обеспечения безопасности северных регионов лишь на примере части территории Уральского региона – Тюменской области. Ее оборона и повышение жизнедеятельности, как в капле воды, отражает проблему в целом. Причем затронем лишь военные и техногенные факторы безопасности региона.

ОСОБЫЙ ИНТЕРЕС США

Анализ официальных документов по вопросам обороны, а также практических шагов американского военно-политического руководства позволяет сделать вывод: США готовят Вооруженные Силы главным образом не к отражению крупномасштабной военной агрессии, а преимущественно к войнам со странами-«изгоями», причем на их территории. К таким странам, которые считаются наиболее вероятными противниками, американское руководство причисляет Иран, Северную Корею. Но, как ни странно, фигурируют в этом списке также Китай и Россия.

Примечательно, что предыдущие американские президенты формально демонстрировали неприятие достижения целей национальной безопасности превентивной войной. Поэтому нигде на страницах доктринальных документов нельзя было найти упоминания о «превентивной войне», что является ныне основой национальной политики военно-политического руководства США и имеет неофициальное название «доктрина Буша».

Впервые она была выдвинута в выступлении президента США 1 июля 2002 года перед выпускниками военной академии в Вест-Пойнте. А затем закреплена в «Стратегии национальной безопасности США» в сентябре 2002 года. В ней, в частности, заявлено: «Соединенные Штаты не могут больше полагаться исключительно на ответные действия…»

Программа практических мероприятий, предусмотренная «доктриной Буша» и ее сторонниками, гораздо более амбициозна, чем простое сдерживание угрозы. Ее первоочередной и ближайшей целью стало коренное изменение военно-политической обстановки в целом ряде ключевых регионов мира, естественно, в выгодном Соединенным Штатам русле. Сторонники этой доктрины считают, что поскольку аборигены уважают только волевые решения и власть, а принятие полумер будет признаком слабости, США должны продемонстрировать свою готовность к решительным действиям.

В этом смысле военно-политическая организация НАТО является наиболее удобным инструментом для легализации американских планов по глобальному переустройству мира. Североатлантический альянс может сыграть главную роль в решении задач контроля за энергопотоками на глобальном уровне. Тем более что обеспечение «свободного энергетического снабжения» всегда было одним из его приоритетов. Другими словами, перед НАТО стоит задача, преследующая цель закрепиться в регионах существующих месторождений энергоресурсов и путей их транспортировки.

Особый интерес для военно-политического руководства НАТО представляет Уральский регион, который занимает центральное положение на территории России. Он находится на стыке между европейской и азиатской частями и имеет важное стратегическое и экономическое значение.

В Уральском регионе можно выделить три индустриальных подрайона: средний, восточный и южный. Самый крупный – средний, включающий всю Свердловскую область. В пределах южного подрайона три области (Челябинская, Курганская, Оренбургская). Восточный подрайон является крупнейшей базой нефтегазовой промышленности.

Из всего региона наибольший интерес в краткосрочной перспективе представляет для военно-политического руководства США (а в перспективе и Китая) восточный подрегион – Тюменская область, которая поставляет около 70% нефти, 90% российского газа.

На территории Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов (административно входят в состав Тюменской области) создана мощная нефтедобывающая промышленность. Добыча ведется в трех центрах: Нижневартовском и Сургутском в Среднем Приобье и Шаимском в Приуралье.

Каковы возможные варианты сценария агрессии против северных территорий Уральского региона?

В случае обострения военно-политической обстановки между Россией и США возможна оккупация важных объектов прежде всего Тюменской области. Захват их возможен как воздушным, так и морским десантом. Первоочередными объектами могут быть порт Новый, связывающий регион с портами России, административные центры Салехард, Ханты-Мансийск, Тюмень, Курган. В последующем – взятие под контроль газовых и нефтяных месторождений, которых насчитывается более ста.

ВОЙНА НА ДВА «ФРОНТА»

Следующий этап в действиях оккупационных войск – взятие под контроль транспортных коммуникаций. Ввиду отсутствия войск и низкого уровня заселенности региона численность оккупационных войск может быть незначительной – в пределах 10–15 тысяч человек. Предположительный характер их действий: охрана и патрулирование в границах административных центров и объектов газодобывающей промышленности.

При ослаблении России и чтобы упредить США, китайское руководство, несмотря на наши дружественные отношения, также может предпринять соответствующие шаги по реализации своих замыслов на Севере. В частности, решение вопроса по «оспариваемым территориям» (они могут появиться) мирным путем. Но в случае его срыва могут применяться и более решительные меры. При возникновении кризисной ситуации в наших двусторонних отношениях КНР может пойти на ввод Вооруженных Сил на территорию Российской Федерации под предлогом защиты безопасности и интересов проживающих на «оспариваемых территориях» Дальнего Востока и Сибири китайцев.

При условии успешной реализации данного замысла Китай приступит к осуществлению либо подготовке более глобальной цели – захвата остальных регионов и установления контроля за стратегически важными коммуникациями и источниками сырья. Из всех намеченных районов особая значимость придается Западно-Сибирской низменности.

Не исключено, что захват вышеуказанного региона, прежде всего его плацдармов – городов, будет осуществляться двумя путями: мирным и военным. И по двум направлениям: первое – через Казахстан, второе – через Новосибирск и Омск. В решении данной задачи предполагается, что основным препятствием будут служить действия мобильных американских сил, а в качестве случайности – сопротивление российских соединений и частей, дислоцированных или переброшенных в данный район.

Все эти варианты сегодня, конечно, кажутся просто нелепыми. Но не зря говорят: хочешь мира – готовься к войне. Кроме того, надо учитывать, что XXI век будет веком борьбы за природные ресурсы. Нефть, пресная вода могут перестать быть доступными уже к середине века. И борьба за них предстоит нешуточная. А около 40% мировых природных ископаемых находятся в России. Поэтому мы просто не можем не прогнозировать в том числе и такое развитие ситуации.

Все вышеизложенное настоятельно требует от России создания группировки стратегических резервов с целью обеспечения задач прикрытия южного или центральноазиатского и восточного стратегических направлений. Наиболее оптимальным составом группировки войск может быть следующий: общевойсковых соединений – не менее трех, авиационных – не менее двух, соединений Военно-морского флота – не менее одного.

Наличие военной угрозы со стороны вышеуказанных государств обусловливает необходимость содержать как минимум группировку разнородных сил в готовности к ведению сдерживающих действий крайне ограниченными средствами по прикрытию границы, обороне важных административных центров и охране коммуникаций и объектов газовой и нефтяной промышленности, а также ведению противодесантной обороны.

Тем не менее предложенный состав группировки войск и вероятный характер ее действий по отражению агрессии представляется довольно ограниченным по возможностям в решении задач отражения агрессии. Необходимо предусмотреть также широкий комплекс мероприятий политического, экономического и военного характера, позволяющий мобилизовать все ресурсы региона по организации и ведению военных действий практически на два «фронта» с применением всех форм и видов боевых действий. В том числе партизанской (подпольной) и национально-освободительной борьбы.

Для создания вышеуказанных группировок войск потребуется провести комплекс мероприятий по мобилизационному развертыванию. На решение данной задачи потребуются колоссальные усилия административных органов, командования и населения, особенно районов, прилегающих к государственной границе.

Отмобилизование, безусловно, важная задача, но не конечная. Чтобы войска были готовы выполнять поставленные задачи, необходимо провести комплекс мероприятий по их боевому слаживанию. На что как минимум потребуется три месяца. В этот временной промежуток войска должны располагаться на месте. В целях более эффективного выполнения стоящих и предстоящих задач личному составу должны быть созданы соответствующие бытовые условия. Это подтверждается реальной оценкой качественных критериев личного состава, находящегося в запасе. Увы, число подготовленных в военном отношении граждан, способных при мобилизации войти в строй без дополнительной подготовки, то есть в установленные для соединений и воинских частей сроки готовности, далеко не удовлетворяет потребности.

Так, например, наличие в запасе людских ресурсов, по прогнозу, составит в Ямало-Ненецком автономном округе – около 30 000 человек, Ханты-Мансийском автономном округе – 85 000 человек (при численности экономически активного населения соответственно 310 и 850 тысяч человек). При этом следует учитывать, что около 30% граждан исследуемого региона, стоящих на воинском учете, утратили свои военные знания и практические навыки владения ВВТ и неспособны при мобилизации войти в строй без дополнительной подготовки или переподготовки. Что же делать? Об этом – в следующей публикации.

Александр КОРАБЕЛЬНИКОВ
доктор военных наук, профессор
Борис ПОНОМАРЕНКО

Опубликовано в выпуске № 17 (283) за 6 мая 2009 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц