Версия для печати

Россия: суверенный выбор партнерства

Лихачев Василий
26-27 июня 2008 г. в Ханты-Мансийске состоялся очередной, двадцать первый, саммит Российская Федерация-Европейский союз на высшем уровне. Его особенность не только в географии места проведения - одного из ведущих и перспективных регионов России, хорошо знакомого на Западе. Саммит стал первым в биографии Дмитрия Медведева как президента РФ на европейском направлении. Он объединил на началах преемственности практические достижения Владимира Путина в этой области - признание российской экономики рыночной, запуск энергодиалога, совместную борьбу с организованной преступностью, международным терроризмом, продвижение новых проектов и идей главы российского государства. Особый колорит встрече придала предстоящая декларация Москвы и Брюсселя начать дипломатические переговоры по разработке Соглашения о стратегическом партнерстве, призванного прийти на смену действующему от 24 июня 1994 г.


ГОТОВЫ ЛИ СТРАНЫ ЕС К РАВНОПРАВНОМУ СОТРУДНИЧЕСТВУ С НАМИ?


26-27 июня 2008 г. в Ханты-Мансийске состоялся очередной, двадцать первый, саммит Российская Федерация-Европейский союз на высшем уровне. Его особенность не только в географии места проведения - одного из ведущих и перспективных регионов России, хорошо знакомого на Западе. Саммит стал первым в биографии Дмитрия Медведева как президента РФ на европейском направлении. Он объединил на началах преемственности практические достижения Владимира Путина в этой области - признание российской экономики рыночной, запуск энергодиалога, совместную борьбу с организованной преступностью, международным терроризмом, продвижение новых проектов и идей главы российского государства. Особый колорит встрече придала предстоящая декларация Москвы и Брюсселя начать дипломатические переговоры по разработке Соглашения о стратегическом партнерстве, призванного прийти на смену действующему от 24 июня 1994 г.
{{direct_hor}}
После саммита, который, следуя политической логике высшей дипломатии, "обречен" на позитив и кардинальные решения, возникает немало принципиальных вопросов, касающихся итогов и перспектив взаимодействия России и ЕС. Главные из них - как стороны понимают смысл стратегического партнерства. Готовы ли они поднять его на более высокий уровень - интеграционное взаимодействие, что соответствует требованиям глобализации? Почему в нашей новейшей истории линия сотрудничества часто напоминает не ровную, устойчивую линию, а своего рода синусоиду, которая часто своим острием надолго и отрицательно меняет атмосферу и результаты взаимоотношений?

Если говорить предельно откровенно, другого варианта перед началом очередного двустороннего переговорного процесса между Москвой и Брюсселем не дано. Период упущенных возможностей в силу объективных и субъективных причин все-таки значителен. Ссылки на то, что у Евросоюза масса проблем во взаимотношениях с США, Китаем, Индией, Бразилией и другими странами, ничего не дают. Мы, как крупнейшая держава, несем свою долю ответственности за эффективный миропорядок. Россия отвечает за собственный вклад в него - политический, экономический, культурный, гуманитарный, за содействие в реализации позитивного ресурса ЕС, а также за формирование и обеспечение влияния солидарного, согласованного потенциала России и Евросоюза на решение вопросов международной политики. Эта комплексная ответственность для Российской Федерации в силу различных причин имеет тенденцию к возрастанию. Среди них - официально заявленные руководством страны долгосрочные приоритеты государственного строительства РФ, политически амбициозные, экономически инновационные, высокотехнологические, которые формируют совершенно иной по сравнению с концом ХХ столетия имидж и брэнд России в мире. Особое значение приобретает и системный анализ мировых процессов глобальной политики и экономики, проблем модернизации международного сообщества. Примером такого профессионально-управленческого подхода стало выступление президента Российской Федерации на XII Петербургском международном экономическом форуме в июне 2008 г. В нем еще раз была озвучена программа четырех "И" - институты, инфраструктура, инвестиции и инновации. Новым, пятым элементом стал интеллект. Они символизируют российское "ноу-хау" в сфере реформ, вектор ее развития.

Кроме того, на форуме был продемонстрирован оригинальный подход к анализу ситуации на мировых экономических, финансовых, торговых рынках, воздействующих на серьезные трансформации политических пространств мироустройства. В их числе - явления национального эгоизма, активное стремление к защите экономических суверенитетов, необходимость модификации системы глобального регулирования, кризис общепланетарных институтов сотрудничества, потребность в создании новых юридических стандартов и норм поведения государств.

Такого рода заявления российского президента не политический блеф, не претензия на оригинальность в рамках первых "ста дней" руководства страной, а самая серьезная, обдуманная публичная оферта, предложение работать с Россией по-иному, конкретнее, честнее, с элементами прогноза, на базе уважения ее национальных интересов и, конечно, соблюдения фундаментальных принципов международного права и Устава ООН.

По своему международному положению Российская Федерация сегодня имеет право не только на цивилизационный выбор собственных партнеров, но и на предложение им оптимальных правил поведения. Конечно, и наши "визави" вправе формулировать персональные критерии взаимодействия с Россией. Мы все живем в мире суверенитета, демократии и неделимой безопасности. Слушать и слышать друг друга крайне важно.

Осуществляя на деле свою правосубъектность, включая договорные и правовые обязательства, Россия не только поддерживает, стимулирует, но и развивает с учетом вызовов и угроз нового столетия комплекс межгосударственных, международных связей. Особую группу в силу политического веса субъектов, их торгово-экономического и научного потенциала, значительного влияния на процессы организации миропорядка составляют отношения стратегического партнерства. Для РФ они, с одной стороны, служат иллюстрацией универсальности ее внешней политики, а с другой - отражают специфическую роль страны в деятельности международного сообщества. Отсюда - ее статус постоянного члена Совета Безопасности ООН, участника "восьмерки", ядерной державы и т.д.

Более чем десятилетний срок действия Соглашения о партнерстве и сотрудничестве РФ-ЕС, который вступил в силу в декабре 1997 г., дает немало аргументов в пользу правильного выбора Россией европейских сообществ и государств-членов ЕС как партнеров в международных отношениях. Даже краткий мониторинг показывает, что стороны, связанные общими ценностями и интересами, естественно дополняя друг друга, достигли ряда впечатляющих результатов. За 2007 г. товарооборот между Россией и ЕС составил 284 млрд. долл. (за 2006 г. - 230 млрд. долларов). На долю ЕС приходится более 50% российского внешнеторгового оборота и около 70% накопленного иностранного капитала в экономике России. Наша страна занимает третье место после США и Китая в списке стран-экспортеров в ЕС. Объем экспорта в 2007 г. составил 197 млрд. долларов. И четвертое место - среди покупателей продукции Евросоюза: импорт ЕС в Россию за 2007 г. составил 87 млрд. долларов.

Россия возглавляет список стран-поставщиков в ЕС природного газа - на ее долю приходится 44% от общего импорта. Она прочно занимает вторую позицию после Саудовской Аравии по поставкам нефти и нефтепродуктов. Географическое соседство, сложившаяся в России трубопроводная система, растущий спрос в ЕС объективно делают нас естественными партнерами в нефтегазовой сфере на многие десятилетия.

Ключевым фактором взаимодействия России и ЕС на нынешнем этапе сотрудничества является работа по реализации "дорожных карт" по формированию четырех общих пространств: экономического, свободы, безопасности и правосудия; внешней безопасности; научных исследований и образования. В рамках первого направления действует такой специфический формат, как отраслевые диалоги. Их уже 14. Наблюдается прогресс по вектору общего пространства внешней безопасности. Например, по ближневосточному урегулированию, по иранской ядерной программе, отдельным аспектам разоружения и нераспространения оружия массового поражения, по противодействию терроризму и торговле наркотиками, противодействию вооруженным конфликтам.

Существуют конкретные достижения по таким актуальным вопросам, как статус Калининградской области, приграничное сотрудничество, визы, реадмиссия, программа "Северное измерение", экология, межрегиональные связи, борьба с организованной преступностью, наркотрафиком, терроризмом, СПИДом и другими болезнями и эпидемиями. Укрепилась юридическая база взаимодействия РФ-ЕС.

Однако следует заметить, что при таком уровне партнерства и взаимопонимания тем не менее не все возможности были использованы. Более того, скажем откровенно, по причинам, не зависящим от Российской Федерации, возникла некая "критическая масса", которая тормозит динамику нашего партнерства. Нельзя не говорить о таких общественных явлениях, как русофобство, евроэгоизм, политизация решений многих вопросов, прежде всего в области энергетики, двойные стандарты, неконструктивное прочтение формулы "солидарности" ЕС.

Причина таких подходов видится во многих сложностях становления Евросоюза. Об этом говорят процедуры голосования по проекту европейской Конституции, которые были остановлены в Голландии и Франции, по Лиссабонскому договору, который не был заключен в результате отрицательного итога референдума в Ирландии. В ЕС наблюдается усиление проамериканских и пронатовских позиций, проводниками которых выступают молодые члены Евросоюза - Польша, Эстония, Латвия, Литва, Чехия и др.

Неоднородность и противоречивость организации отчетливо обнаружились даже при формировании общей позиции применительно к России по началу дипломатических переговоров о новом юридическом фундаменте. Мандат Комиссии ЕС был согласован только 26 мая 2008 г., хотя намерения сторон по этой теме были озвучены еще на саммите РФ-ЕС в Лондоне 4 октября 2005 г. Но из-за позиции Польши по так называемому "ветеринарному" досье долгое время не могло быть реализовано. Сама идея переговоров также торпедировалась и дипломатией Литвы, вплоть до мая с.г. Решение Совета ЕС об одобрении мандата оказалось обремененным рядом требований двустороннего характера со стороны некоторых государств, в частности Великобритании, Литвы, Латвии. Брюссельская бюрократия формально их не могла не учитывать, добиваясь единогласия, но сложности, которые они вызовут в переговорах, в том числе временного свойства, конечно, еще проявятся.

По-настоящему тревожно то, что ЕС испытывает серьезные трудности с самоидентификацией в мире, являет собой образец расхождения между заявленными целями на лидерство в сфере политики, безопасности и экономики и реальными достижениями. Но они, увы, минимизированы.

Один только факт - позиция Евросоюза в отношении применения международного права и принципов Устава ООН. Так, руководство ЕС не может вопреки сигналам ОБСЕ, Совета Европы, известных правозащитных организаций добиться соблюдения прав национальных меньшинств, прежде всего русскоговорящего населения в странах Балтии, хотя они взяли при вступлении в Евросоюз прямые и жесткие обязательства на этот счет. Они также были зафиксированы в Совместных заявлениях о расширении ЕС и отношениях Россия-ЕС от 27 апреля 2004 г. и 23 апреля 2007 г. Политическое бессилие организации, ее нежелание говорить с "новобранцами" языком права и здравого смысла очевидны.

Другой факт - признание большинством стран-членов ЕС независимости края Косово в нарушение принципа территориальной целостности, уважения суверенитета Сербии. Решения Брюсселя, чем бы они ни мотивировались, вступили в противоречие с резолюциями Совета Безопасности, заложили негативные, по существу, нигилистические тенденции в отношении к международному праву.

Естественно, отдельные шаги его членов и органов не усиливают имиджа сообщества. Пример тому - политика на российском направлении. На повестке дня стоит вопрос о политической ответственности отдельных членов Евросоюза за развитие стратегических отношений с Россией. Иначе нельзя рассматривать недавнее решение литовского парламента о приравнивании нацистской символики к атрибутам советской власти, что по духу и букве противоречит решениям Нюрнбергского трибунала, документам Ялтинской, Потсдамской, Сан-Францисской конференций, ударяет по смыслу и нравственности Устава ООН. Критически следует оценить и другой демарш - призыв президента Латвии ограничить российские инвестиции в экономику страны под предлогом существующей угрозы национальной безопасности.

Разве это отвечает требованиям демократии, рыночной экономики и конкурентоспособности, на основе которых должны формироваться современные торгово-экономические пространства? Мы говорим об этих явлениях только по одной причине. Российская Федерация и Европейский союз реально должны двигаться к стратегическому партнерству, опираясь на триаду интересов - собственных, двусторонних (объединенных) и корпоративных (общемировых, межрегиональных). Инерционность, идеологические и иные препятствия необходимо устранять. Иначе трудно построить мир справедливой, правовой и демократической глобализации. Эта задача касается многих, в том числе дипломатии Российской Федерации и Европейского союза. Они вступают в первую, принципиально важную фазу своего взаимодействия. В ходе будущих переговоров, которые откроются уже в июле с.г., предстоит решить многие вопросы. Цена - разработка стратегии отношений в условиях XXI века. Это важно как для самих участников переговоров "27+1", так и самого реформируемого мира, в котором они существуют и сотрудничают.

Василий ЛИХАЧЕВ
заместитель председателя Комитета Совета Федерации по международным делам, доктор юридических наук, профессор

Опубликовано в выпуске № 26 (242) за 2 июля 2008 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...