Версия для печати

Подводная застава в Индийском океане

Урбан Владимир
В статье "Лодка-самолет-ракета" приводится факт стрельбы крылатыми ракетами в Индийском океане атомной подводной лодки К-7. Ею командовал капитан 2-го ранга Геннадий ХВАТОВ, который впоследствии дослужился до поста командующего Тихоокеанским флотом, стал адмиралом. За тот поход он был награжден орденом Красного Знамени. Можно без преувеличения сказать, что боевая служба 1970 г. дала новый толчок его военной карьере. Так что даже детали того плавания Геннадий Александрович не забыл. Публикуемые сегодня записанные воспоминания адмирала - существенное дополнение к материалу "Лодка-самолет-ракета".


ХРОНИКА ДАЛЬНЕГО ПОХОДА АТОМНОГО РАКЕТОНОСЦА К-7


В статье "Лодка-самолет-ракета" приводится факт стрельбы крылатыми ракетами в Индийском океане атомной подводной лодки К-7. Ею командовал капитан 2-го ранга Геннадий ХВАТОВ, который впоследствии дослужился до поста командующего Тихоокеанским флотом, стал адмиралом. За тот поход он был награжден орденом Красного Знамени. Можно без преувеличения сказать, что боевая служба 1970 г. дала новый толчок его военной карьере. Так что даже детали того плавания Геннадий Александрович не забыл. Публикуемые сегодня записанные воспоминания адмирала - существенное дополнение к материалу "Лодка-самолет-ракета".
{{direct_hor}}

9 апреля 1970 г., капитан 2-го ранга Геннадий Хватов с корабельным Нептуном во время пересечения экватора.
Фото из архива Владимира УРБАНА
Наш поход осуществлялся в рамках широкомасштабных учений "Океан", в которых участвовали все советские флоты. И поэтому спланированная командованием ВМФ боевая служба К-7 с практической стрельбой преследовала серьезные цели. Во-первых, это был первый поход советской АПЛ в Индийский океан, позволявший узнать, как покажет себя ядерная энергетическая установка на протяжении длительного плавания в тропических условиях. А во-вторых, К-7 ставилась задача проверить, насколько готовы крылатые ракеты к применению после длительного пребывания в структуре высоких температур и без предварительной специальной подготовки оружия.

В ПАРЕ С "ОДАРЕННЫМ"

Мне как командиру подводной лодки тогда множество раз довелось столкнуться с проблемами, которые Тихоокеанскому флоту приходилось решать впервые. Взять хотя бы тот факт, что это было первое плавание, когда АПЛ направлялась в "автономку" совместно с надводным кораблем. Поэтому, прежде чем уйти в Индийской океан, мы провели большой курс тренировок по совместному плаванию с надводным кораблем, в том числе на больших скоростях и при поддержании постоянной связи. Было проверено и опробовано несколько ордеров в составе совместного плавания, чтобы иметь двустороннюю связь. К чести экипажей - и нашей лодки, и большого противолодочного корабля (БПК) "Одаренный" - отработка всех задач прошла успешно. Во всяком случае, в течение всего похода, находясь под водой, К-7 имела полную информацию о надводной обстановке. "Одаренный" каждые 4 часа передавал нам широту и долготу собственного местонахождения, а относительно БПК мы определяли и свое место. Но это было потом. Поход же начался как обычно: К-7 и "Одаренный" в назначенный час вышли из залива Стрелок, в единых строях, порядках и при едином управлении находились до Южно-Китайского моря. Перед Малаккским проливом мы всплыли и дальнейший путь продолжили в надводном положении из-за малых глубин под килем.

УХОДИМ ОТ ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

Происходило всплытие в вечернее время, поэтому мы оставались незамеченными до утра. А потом нас, естественно, обнаружили проходящие суда. Тут же капитаны растрезвонили: идет большой советский корабль, а в кильватере - подводная лодка. И через пару часов нас окружила большая "компания". Первыми прилетели самолеты разведки. Вскоре нас взяли "под охрану" и надводные корабли. В таком окружении двигались до конца Малаккского пролива, то есть до выхода в Индийский океан.

Как оторваться от слежки? По договоренности с БПК иногда в ночное время лодка шла в кильватере без огней, ориентируясь лишь на сигнальные огни "Одаренного". Поэтому замысел заключался в том, чтобы в определенном месте с кормы БПК на тросике выпустить надувные уголковые отражатели... Где-то под утро, когда бдительность у наших сопровождающих притупилась, "Одаренный" выставил уголковые отражатели, а мы погрузились, увеличили ход и ушли. И с рассветом новое "открытие" ждало наших "попутчиков": большой противолодочный корабль шел без лодки...

Миль 300 мы в подводном положении двигались самостоятельно, потом в назначенной точке встретились с БПК и продолжили совместное плавание до Сейшельских островов, а оттуда совершили переход в район острова Сокотры, то есть прибыли в точку, откуда намечалось выполнение ракетной стрельбы. Это была наша главная задача.


Короткий отдых экипажа К-7 после ракетной стрельбы.
Фото из архива Владимира УРБАНА
Отмечу, что эта стрельба требовала хороших операторских навыков и четкости в действиях всего экипажа. Плечо стрельбы, как у нас говорят, очень короткое (стрельба проводилась нa минимальную дистaнцию), раздумывать некогда: открыл визир, обнаружил цель и тут же давай команду на ее захват, на поражение. Целеуказания мы получали от самолетов Ту-95РЦ. 0ни вылетали из Подмосковья курсом на Ташкент, а затем по международным коридорам - в район Сокотры.

КОГДА "ВОЗДУХ" МОЛЧАЛ

Почему выбрали дистанцию стрельбы всего порядка 100 км? Обзор, который делали Ту -95РЦ и выдавали нам прямо "картинкой", позволял определять, что в опасной зоне никого постороннего нет. Так вот, возможности морской авиации по обеспечению безопасности стрельбы как раз "вкладывались" в эти 100 км.

Когда первая пара самолетов прошла, мы запросили "добро" на стрельбу. Не знаю, почему, но у руководителя стрельбы появились сомнения, и он поначалу отказал. Стали ждать вторую пару. А у них трансляция сорвалась. Что делать? Принимаю решение стрелять по данным, полученным ранее, благо, они еще не успели устареть, да и правила стрельбы позволяли так поступать. А мой экипаж мог гарантировать точное наведение ракет. Ради этого ведь К-7 и шла сюда. Словом, пуск!

Попадание двумя ракетами было точным. Мишень разлетелась на мелкие кусочки. Стрельба подтвердила, что наши противокорабельные крылатые ракеты очень надежны в любых условиях и есть смысл заниматься их усовершенствованием. Кстати, в Индийском океане, по моим данным, крылатыми ракетами наши лодки больше не стреляли.

:Некоторое время мы еще находились в Индийском океане на боевой службе, а затем вместе с "Одаренным" вернулись домой. Поход в общей сложности длился более трех месяцев.

Владимир УРБАН

Опубликовано в выпуске № 29 (145) за 2 августа 2006 года

Loading...
Загрузка...
Аватар пользователя Юрий Пронин
Юрий Пронин
17 апреля 2011
В интервью автору статьи Геннадий Александрович Хватов скромно умолчал об одной существенной сложности, возникшей перед пуском ракет на той стрельбе. Я тогда был командиром БЧ-1 (старшим штурманом) К-7 и как участник тех событий хорошо помню эту ситуацию, в которой он проявил свои исключительные командирские качества, действовал грамотно, хладнокровно и решительно, чем вызвал восхищение и глубокое уважение экипажа. Сложность была вызвана тем, что на радиолокационном изображении, полученном от ТУ-95РЦ, вместо трёх ожидаемых рлс-отметок (надувной мишени и двух кораблей охранения района: КР "Фокин" и ЭМ "Блестящий") просматривались 4 отметки (как потом выяснилось 4-ая - иностранное судно). Это вызвало сомнения в безопасности проведения стрельбы у контролёра (представителя РАУ КТОФ кап.1 ранга Павлова), имевшего право запрещения стрельбы. Однако, к моменту контакта с ТУ-95РЦ я достаточно точно определил направления на "Фокин" и "Блестящий" по радиопеленгам на их приводные радиомаяки. После нанесения целей-отметок по данным РЛС самолёта и пеленгов на корабли охранения на карту все цели были уверенно опознаны, в опасной зоне кораблей и судов не было, т.е. стрельба была безопасна. Командир в жёстких условиях времени при непредвиденных обстоятельствах сумел не только грамотно оценить обстановку, но и убедить в этом контролёра. Для контроля я выдал на КП БЧ-2 пеленг и дистанцию стрельбы с карты. Далее всплытие в позиционное положение, пуск. Задача была успешно выполнена.
Аватар пользователя Юрий Пронин
Юрий Пронин
17 апреля 2011
В интервью автору статьи Геннадий Александрович Хватов скромно умолчал об одной существенной сложности, возникшей перед пуском ракет на той стрельбе. Я тогда был командиром БЧ-1 (старшим штурманом) К-7 и как участник тех событий хорошо помню эту ситуацию, в которой он проявил свои исключительные командирские качества, действовал грамотно, хладнокровно и решительно, чем вызвал восхищение и глубокое уважение экипажа. Сложность была вызвана тем, что на радиолокационном изображении, полученном от ТУ-95РЦ, вместо трёх ожидаемых рлс-отметок (надувной мишени и двух кораблей охранения района: КР "Фокин" и ЭМ "Блестящий") просматривались 4 отметки (как потом выяснилось 4-ая - иностранное судно). Это вызвало сомнения в безопасности проведения стрельбы у контролёра (представителя РАУ КТОФ кап.1 ранга Павлова), имевшего право запрещения стрельбы. Однако, к моменту контакта с ТУ-95РЦ я достаточно точно определил направления на "Фокин" и "Блестящий" по радиопеленгам на их приводные радиомаяки. После нанесения целей-отметок по данным РЛС самолёта и пеленгов на корабли охранения на карту все цели были уверенно опознаны, в опасной зоне кораблей и судов не было, т.е. стрельба была безопасна. Командир в жёстких условиях времени при непредвиденных обстоятельствах сумел не только грамотно оценить обстановку, но и убедить в этом контролёра. Для контроля я выдал на КП БЧ-2 пеленг и дистанцию стрельбы с карты. Далее всплытие в позиционное положение, пуск. Задача была успешно выполнена.

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...