Версия для печати

Стабильность под прицелом

Технологический прогресс меняет доктрину ядерного сдерживания
Рыбаченков Владимир
Фото: vpk.name

Новый поворот активно ведущейся в российском экспертном сообществе дискуссии о целесообразности дальнейшего сокращения стратегических наступательных вооружений задает статья К. Либера из Джорджтаунского университета и Д. Пресса из Дортсмутского колледжа, опубликованная в журнале International Security. Речь о влиянии новейших технологических достижений на уязвимость ядерных арсеналов и стабильность, основанную на ядерном сдерживании.

Авторы отмечают: за последние 30 лет в США имел место качественный скачок в повышении точности носителей ЯО благодаря внедрению новейших инерциальных систем наведения, космической навигации и усовершенствованных взрывателей («Проникающая агрессия»).

Стабильность под прицелом

В 1985 году американские МБР были способны поразить лишь 54 процента советских ракетных шахт, а в 2017-м – почти 75 процентов. Прогресс американских БРПЛ еще более впечатляющ – аналогичный показатель вырос с 9 до 80 процентов. При этом фактически произошла трансформация БРПЛ из инструмента возмездия, нанесения удара по густонаселенным городам в контрсиловое оружие.

В этом контексте представляют интерес данные таблицы, иллюстрирующие возможности обновленного стратегического потенциала США в нанесении удара по двум гипотетическим целям: ста умеренно защищенным мобильным МБР (выдерживают давление до 1000 фунтов на квадратный дюйм) и двумстам упроченным шахтам МБР (3000 фунтов на кв. дюйм).

В первом ряду таблицы зафиксирован контрсиловой потенциал Minitman III, отнесенный к 1985 году: при атаке цели двумя ракетами (2:1) остается восемь неповрежденных укрытий мобильных МБР. В результате атаки на 200 наземных шахт остаются непораженными 42 цели.

Второй ряд иллюстрирует результаты внедрения улучшенной системы наведения, уменьшившей КВО МБР с 183 до 120 метров. В третьем ряду показан прогресс от внедрения модификаций в систему навигации БРПЛ Trident III, а также переход на более мощный ЯБЗ W88 (475 кт).

Четвертый ряд дает более реалистичную оценку надежности ракетной системы в целом – не 80 процентов, как было принято считать ранее, а 90 процентов.

В пятом ряду приводятся результаты потенциального масштабного перехода к системе оперативного перепрограммирования целеуказания на случай выхода из строя по техническим причинам некоторых носителей. При этом, как видно из таблицы, при схеме 2:1 будут уничтожены все наземные шахты МБР.

Понятно, что в реальных условиях обмена ядерными ударами результат будет зависеть и от человеческого фактора, от эффективности СПРН и многого другого, однако, как представляется, изложенные авторами расчеты достоверно отражают общую тенденцию: неотвратимый технологический прогресс повышает уязвимость СНВ, подрывая тем самым концепцию ядерного сдерживания и принципы стратегической стабильности.

Стабильность под прицелом

В заключение авторы приходят к логическому выводу: с учетом возрастающей уязвимости СНВ от воздействия ядерного и конвенционного высокоточного оружия, а также активного развития систем ПРО возникает вопрос о целесообразности дальнейшего сокращения количественного состава СЯС. Еще в недавнем прошлом многие эксперты в области контроля над вооружениями полагали, что ограничения СНВ искореняют намерения нанести обезоруживающий ядерный удар. В изменившихся условиях такой подход устарел и вряд ли приемлем для обеспечения стратегической стабильности.

С другой стороны, попытки укрепить собственный контрсиловой потенциал любой ценой приведут к очередному витку гонки вооружений и только.

Владимир Рыбаченков,
кандидат технических наук, советник МИДа РФ в отставке

Опубликовано в выпуске № 38 (702) за 4 октября 2017 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...