Версия для печати

Один против Орды

700 лет назад принял мученическую смерть святой Михаил Тверской
Илющенко Роман

Князь Михаил Ярославич Тверской считается первым русским мучеником и воином, сложившим голову на Северном Кавказе. Сложная судьба, честная жизнь и славная кончина удивительным образом перекликаются с недавно пережитыми событиями.

Родился сын великого князя Ярослава Ярославича, владевшего после смерти брата Александра (Невского) Тверским и Владимирским княжествами, в 1272 году. В живых Михаил отца уже не застал. Как часто случалось тогда, уже в 13 лет юный князь принял свое первое участие в сражении против беспокойных соседей – литовцев.

Ордынский обком

Михаил взрослел, ему нужно было ехать в Орду за подтверждением прав на княжение. Но жаждой власти были обуреваемы и другие претенденты на владение сильным Тверским княжеством, в числе коих сын Александра Невского – Андрей. Но в 1304 году со смертью Андрея освободился великокняжеский престол, на который у возмужавшего к тому времени Тверского князя как старшего в роду были все основания. Но зависть пустила корни в сердце теперь уже внука славного Александра Невского – московского князя Юрия. Он тоже направился в Орду, где пытался подкупами и лукавством завоевать расположение Тохта-хана, что, однако, не удалось.

В 1313 году великим ханом стал принявший ислам Узбек, отличавшийся жестокостью и крайней необузданностью. Михаилу в очередной раз нужно было ехать на поклон в столицу Орды. И пока он находился там, его племянник Юрий организовал волнения и посеял смуту во владениях дяди. Вернувшись с ярлыком, Михаил Ярославич был вынужден заняться обустройством разоренных земель, усмирением строптивцев, отказавших ему в повиновении.

Зеркальный ответ

А Юрий тем временем подался в Орду, где раболепством и подношением подарков хану и его вельможам добился особого расположения Узбека. Тот даже выдал за него свою сестру Кончаку, заодно вручив ярлык на великое княжение. Михаил, смирившись, не стал оспаривать права на великое княжение, справедливо рассчитывая оставаться владельцем тверских земель.

Именно 5 декабря 1941 года – в день памяти святого – войска Калининского фронта первыми перешли в контрнаступление

Однако Юрий считал иначе. Приведя с собой ханского мурзу Кавгадыя с отрядом татар, он устремился жечь и грабить уделы Михаила. Тот, выступив во главе войска, встретил противника в 40 верстах от Твери в урочище Бортенево, где 4 января 1317 года состоялась решительная битва, принесшая победу тверичанам. Сам Юрий едва спасся бегством, но его жена – в крещении Агафья, брат, многие московские воеводы и бояре, сотни татарских воинов были пленены. Явился с повинной к Михаилу и сам Кавгадый, который действовал без разрешения Узбека, за что его теперь ожидало суровое наказание от хана. Князь был милостив и великодушен к поверженным врагам. Мурза получил подарки и был отпущен вместе с его воинами на все четыре стороны.

Поход за смертью

Однако Юрий не образумился, продолжая вынашивать планы мести. Сначала он попытался поднять на Михаила новгородцев, а когда это не удалось, скрылся в Орде, куда ранее прибыл Кавгадый. К несчастью Михаила, в это время умерла, находясь у него в почетном плену, Агафья. Юрий использовал этот факт в свою пользу, выставив дядю ее отравителем. К травле впавшего в немилость князя подключился мурза. Михаил, действуя в традициях тех времен, отправил к Узбеку своего сына Константина как гарантию преданности. Однако хан по-прежнему гневался на князя.

В августе 1318 года Михаил собрался в свою последнюю, роковую для него поездку в Орду. Во Владимире его встретил ханский посол, который подтвердил, что в случае неявки Михаила это грозит разорением его княжества. Как ни торопился князь предстать пред грозные очи Узбека, в столице он хана не застал. Это было плохим признаком. Сопровождавшие князя слуги стали отговаривать его от дальнейшего путешествия на юг, куда откочевал Узбек, предлагая вместо него себя. «Не вас, дети мои, требует царь, но меня. Если уклонюсь я от готовой смерти, моя отчина будет опустошена и тысячи христиан, то истреблены будут, то попадут в плен; умереть всем надобно, но лучше же умереть за других», – отвечал им князь. Составив завещание, преподав наставление детям, Михаил с самыми близкими слугами отправился вниз по Волге, застав хана в приазовских степях.

Приговор и молитва

При первой встрече с Узбеком ему удалось умилостивить гордого и надменного властелина богатыми дарами и подношениями, но его недруги Юрий с Кавгадыем не оставляли попыток уничтожить Михаила. В итоге хан повелел собрать суд, который и должен был определить степень вины перед ним тверского князя. Возглавил его все тот же Кавгадый.

Решение позорного судилища было определено заранее и представлено на решение хана в выгодном обвинителям свете. На шею ему надели тяжелую колоду, прогнали от него прибывших с ним слуг, бояр и священника, пограбили княжескую казну, приставили охрану. Что же делал в тяжких условиях еще недавно владевший ярлыком на великое княжение и лишившийся вдруг всего князь Михаил? Подражая Христу, он, стараясь сохранять бодрость духа, молился: «Слава Тебе, человеколюбивый Владыко, что Ты удостоил меня начать страдальческий подвиг; удостой же и кончить его».

На другой день хан начал откочевывать в предгорья Кавказа, за ним на правах пленника везли Михаила. Положение его было почти безнадежным: на ночь его руки также заковывали в колоду, Юрий и Кавгадый открыто надсмехались над ним, унижали прилюдно, стращая скорой смертью.

Наконец Орда остановилась за Тереком, на реке Совенец близ города Тетякова. Сегодня ученые спорят об этом месте, на которое претендуют Ингушетия, Северная Осетия и Дагестан.

Во время отлучки хана на охоту плененному князю тайно передали, что есть возможность бежать, поскольку готовы лошади и проводники, а стража подкуплена. Но и в этой ситуации Михаил выше своей свободы и жизни ставит честь и жизнь подданных: «Не дай бог сделать это, – отвечает он своим отрокам. – Во всю жизнь не бегал я от врагов. И если я один спасусь, а люди мои останутся в беде – какая мне слава? Нет. Воля Господня да будет!».

В день своей праведной смерти – 5 декабря 1318 года, будто предчувствуя ее, он просил священника отслужить литургию, на которой исповедался, искренне каясь в грехах, и причастился. Потом призвал своего старшего сына Константина, отправленного к хану как заложника ранее, и отдал ему распоряжения по управлению княжеством. Михаил испросил у всех оставшихся с ним бояр и отроков прощения и велел одарить их из оскудевшей казны. Слуги утешали князя, отговаривая от мысли о скорой смерти. В то же время в палатку к нему вбежал отрок и сказал, что к шатру идут Юрий, Кавгадый и «множества народу с ними». «Знаю зачем», – отвечал князь и повелел сыну удалиться.

Князь, несмотря на то, что был закован в колоду, сопротивлялся, но толпа сбила его с ног, а один из русских изменников в окружении Юрия – некто Романец вонзил под ребра Михаилу кинжал и провернул его. Тут же в шатер вломилась толпа черни, и начался грабеж остатков княжеского добра.

Небесные знаки

Растерзанное тело долго лежало брошенным перед шатром, пока наконец его не укрыли плащом слуги Юрия. На другой день по его же распоряжению убитого повезли в Москву. Покойного, привязав к доске погребальных дрог, везли слуги Юрия в сопровождении самых верных бояр и отроков Михаила. Во время первого же ночлега на берегу реки Авенежь (Горькой) на сторожей напал страх и они, бросив свой груз, бежали. Некоторые из слуг князя утверждали, что видели над тем местом два светлых облака. Наутро тело было обнаружено лежащим на земле, одетым в княжескую одежду, которой не было на убитом. Несмотря на то, что в окрестностях находилось много диких зверей, ни один не коснулся его.

Следующее чудо произошло в Маджарах, на реке Куме, где позже был образован город Святой Крест, в советское время ставший Буденновском. Бывшие здесь купцы, хорошо знавшие покойного, хотели покрыть тело дорогими тканями и положить его в церкви, но слуги Юрия воспротивились. Всю ночь страдалец пролежал в хлеву, к которому была приставлена стража.

На этот раз свидетелей необычного видения было больше. Они наблюдали, как ночью с неба на хлев падал сноп света, и очевидцев охватил трепетный страх: многие понимали, что это знамение свыше, прославляющее невинно убиенного князя. Позже именно на этом месте была построена часовня в его память, а затем открыт мужской монастырь. В советские годы монастырь закрыли, возведя на месте бывших построек больничный комплекс. Тот самый, который летом 1995-го захватили террористы.

Было еще и третье знамение, записанное со слов сторожа, вздумавшего прилечь на дроги в местечке Бездеж. Неведомая сила сбросила его на землю, и он едва остался жив, в чем исповедался местному священнику.

В Москве Михаила тайно похоронили в одном из монастырей Кремля. А в Твери о судьбе князя долго ничего не знали. Лишь в июне 1319 года, когда Юрий прибыл во Владимир с ярлыком на великое княжение, вдова Михаила – княгиня Анна и дети узнали обо всем и просили отдать им тело. Разрешение они получили не сразу, а лишь когда сын Михаила – князь Александр обещал не мстить за смерть отца. В сентябре тело страдальца было перенесено в Тверь и торжественно перезахоронено в построенном им же Спасском соборе.

По свидетельству многочисленных очевидцев, несмотря на то, что с момента убийства прошло более 10 месяцев и тело пролежало в земле, это нисколько ему не повредило. Это один из явных признаков особой благодати останков перед Богом.

В XVII веке Михаил Тверской был канонизирован в лике святых собором Русской православной церкви.

В 1936 году храм был взорван, серебряная рака – гробница вместе с почивавшими в ней останками святого, ставшими теперь мощами, бесследно исчезла. Но князь Михаил, несмотря на это святотатство, еще раз послужил родной земле, придя на помощь в самый трудный момент. Именно 5 декабря 1941 года – в день его памяти – в решительное контрнаступление под Москвой первыми перешли войска Калининского фронта.

На сегодня мощи святого князя не обнаружены, но есть несколько частиц, бережно сохраненных Церковью. В Твери они находятся в храме его имени, в месте слияния Тьмаки и Волги, где во времена Михаила Ярославича проходила граница укреплений Тверского кремля. Другая частица бережно хранится в «солдатском» храме Петра и Павла в Лефортове.

Может быть, стоит одну из них передать в строящийся в парке «Патриот» Главный воинский храм России? Чтобы наши воины могли не только молиться еще одному небесному покровителю и заступнику Руси, но поклониться и приложиться к его святым мощам, получив от них силу для духовной брани в победе над собой. Ведь как учил Суворов, не победив в себе страсти, ведущие к смерти, невозможно одолеть врага.

Роман Илющенко,
религиовед, подполковник запаса

Опубликовано в выпуске № 47 (760) за 4 декабря 2018 года

 

 

Вниманию читателей «ВПК»

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц