Версия для печати

Главная мышца летчика-испытателя

Мастерство шлифуется в небе, обретается – на земле

Обучение в Школе летчиков-испытателей (ШЛИ) в ЛИИ им. Громова строилось на теоретическом курсе, в котором достаточно глубоко изучались все особенности летных испытаний и специальных приемов, используемых в той или иной ситуации. При этом очень большая роль отводилась самоподготовке – необходимо было досконально знать материальную часть каждой машины и уметь свободно ориентироваться в данных расшифровки средств объективного контроля, используемых в полете. Третья же – и, наверное, главная – составляющая подготовки летчика-испытателя заключается в разнообразии техники, на которой осваивались тонкости профессии.

Тем самым вырабатывался принцип, если можно так сказать, «небоязни» нового типа летательного аппарата – неважно, на чем предстоит выполнять полет, будь это истребитель, бомбардировщик или вертолет. Собственно, обучение по этим трем направлениям закладывает фундамент в выстраивании всех дальнейших профессиональных навыков. Но только фундамент.

 

Запомнилось, как в тот день, в марте 1974 года, когда мы получали дипломы Школы летчиков-испытателей, на который по традиции приходила вся испытательская элита, нас напутствовал Герой Советского Союза, летчик-испытатель туполевской фирмы Василий Борисов. Он сказал: «Ребята, дай вам бог, чтобы хотя бы лет пять ничего серьезного в воздухе с вами бы не случалось». Его слова подтвердила жизнь – те, кому в самом начале профессиональной деятельности достались серьезные отказы, нештатные режимы, еще не имели опыта, чтобы с ними справиться. И в первые три года мы потеряли троих ребят из нашего выпуска. Да, там были сложнейшие вещи, и я не уверен, что даже обладая нынешним опытом, смог бы совладать с ситуациями, в которые попали коллеги.

К каждому полету нужно готовиться. Это – главная заповедь

 

Пять последипломных лет нужны для того, чтобы нарастить «мышцу опыта». Такая «мышечная броня» укрепляется с каждым полетом, мелких отказов и других несмертельных приключений на долю каждого выпадает вполне достаточно. И каждая преодоленная нештатная ситуация делает тебя сильнее, опытнее. Потому когда происходит что-то по-настоящему серьезное, у вас уже хватает опыта, интуиции и мастерства для того, чтобы с этим справиться и найти оптимальное решение проблемы. Когда находишься в состоянии хорошей влетанности, ты способен прогнозировать, как могут развиваться события в каждый момент полета, четко осознавать критические границы и понимать, что будет, если ты их пересечешь. Так что напутствие знаменитого испытателя оказалось верным на сто процентов.

 

И еще хотелось бы отметить момент, важный не только для испытателей, но и для всех летчиков – к полету нужно готовиться. К каждому, вне зависимости от того, насколько простым он кажется. Даже обычный полет по кругу, построение «коробочки» и расчет посадки будут разными в зависимости от метеоусловий, и неважно, сколько уже раз ты выполнял это упражнение. Факторов очень много, и если на земле ты все продумал и учел, хотя учесть всё невозможно, то даже в нестандартной ситуации, которая может возникнуть как в связи с отказом материальной части, так и с какими-то внешними воздействиями или нюансами выполнения испытательного задания, выбраться из нее будет значительно проще. Это, на мой взгляд, главная заповедь для людей нашей профессии: «К каждому полету нужно готовиться».

 

Часто спрашивают: как узнать, может ли конкретный летчик стать летчиком-испытателем. Вопрос, как ни странно, сложнейший. И ответ на него можно получить только практически – чтобы узнать, сможешь ли ты одолеть долгий путь, в любом случае надо сделать первые шаги. Но основная фильтрация претендентов происходит еще до начала обучения. Насколько помню, предпочтение, при прочих равных, отдавалось летчикам, имевшим большой опыт инструкторской работы, и это себя оправдывало – отсев в ШЛИ уже в процессе обучения всегда был почти нулевой.

 

Андрей СИНИЦЫН, летчик-испытатель 1 класса, Герой России

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц