Версия для печати

Претендент на свержение

Посетив Дамаск, президент Судана послал сигналы в Москву, Каир и Вашингтон
Сатановский Евгений

В 2011-м, после отделения Южного Судана, крупнейшая страна Ближнего Востока лишилась 75% нефтяных месторождений и многомиллиардных доходов. Это крайне негативно отразилось на экономическом положении государства, многие годы находящегося под международными санкциями («Беспорядки грубого помола»).

В 2017-м США сняли с Хартума большую часть эмбарго, однако ситуацию это не выправило. Планы правительства возобновить нефтяной транзит из Южного Судана, привлечь крупные зарубежные инвестиции в сектор золотодобычи успеха не принесли. При этом золотодобыча по возможному (особенно для страны с сырьевой экономикой) экономическому эффекту – чрезвычайно долгосрочный рецепт улучшения внутренней экономической конъюнктуры. 

 

Всё это приводит к жёсткому дефициту валютной ликвидности, особенно с учётом того, что прекратились регулярные финансовые транши, направленные на поддержку фунта со стороны Саудовской Аравии. Кризис отношений между Хартумом и Эр-Риядом обозначился еще в марте 2018-го, спустя год, как пришел последний транш в размере 3 млрд  долларов. Разочарованный ослаблением поддержки со стороны саудовцев, президент Судана Омар аль-Башир активизировал отношения с Анкарой и Дохой для компенсации невыполненных обещаний Эр-Рияда. Напомним, что в январе 2016-го Судан разорвал дипломатические отношения с Ираном в надежде обеспечить саудовские инвестиции в сельское хозяйство и гидроэнергетику. Но так их и не дождался. Кроме того, Саудовская Аравия в мае прошлого года изгнала десятки тысяч суданцев, у которых не было вида на жительство, лишив Хартум источников поступления валюты, которую они отправляли домой.

Саудовская Аравия изгнала десятки тысяч суданцев, лишив Хартум источников поступления валюты

 

 

Причин для недовольства Саудовской Аравией поведением аль-Башира несколько. Несмотря на то, что Хартум согласился предоставить четыре тысячи военнослужащих для участия в боевых действиях в составе аравийской коалиции против хоуситов в Йемене, Эр-Рияд считает, что эти бывшие ополченцы из «Джанджавид», интегрированные в суданскую армию, ведут себя как наёмники, уклоняются от боевых действий и попали под влияние ОАЭ. Вторая причина в том, что наследный принц Мухаммед бен Сальман на основании данных спецслужб считает, что Хартум не соблюдает  обязательства по полному разрыву связей с Тегераном, а в аппарате безопасности страны сильны проиранские настроения. Эр-Рияд недоволен связями аль-Башира с Дохой и дипломатическим расцветом отношений Судана с Турцией, в результате которого в мае остров Суакин был передан Анкаре в аренду в обмен на обещания инвестиций и военного сотрудничества.

 

Финансовый сектор Судана терпит крах. По информации ряда источников, аль-Башир отреагировал на кризис ликвидности поручением Центральному банку разработать новый свод правил по регулированию купли-продажи иностранной валюты. Новая стратегия банка была основана на ожидании финансового транша (1,4 млрд  долларов  наличными) из ОАЭ. Он был получен в марте в обмен на подтверждении обязательства Судана сохранить свои силы в Йемене, но эти деньги уже потрачены. 

 

По неофициальным оценкам министра международного сотрудничества Судана Идриса Сулеймана, отмена санкций США сыграла определённую роль в замедлении экономического кризиса, но главной причиной его продолжения остаётся то, что местная бизнес-элита, поддерживаемая генералами, отказываются демонтировать параллельную экономику. Долги страны мешают Хартуму инвестировать в приоритетные сектора экономики, чему не способствует и то, что Судан по-прежнему фигурирует в американском списке государств-спонсоров терроризма. По оценкам Идриса Сулеймана, долг страны составляет 45 млрд долларов. Решения Пекина пересмотреть сроки погашения кредита Судану в 10 млрд долларов и обещанные Анкарой инвестиции (объём торговли между Турцией и Суданом составляет всего 500 млн долларов в год) недостаточны для того, чтобы спасти Хартум от банкротства.

 

Нынешние беспорядки в Судане – следствие комбинации внешних и внутренних факторов, наложившихся на серьёзный финансовый кризис из-за дефицита наличной твёрдой валюты. Попытки разжечь такие же по масштабам беспорядки в прошлом январе (погиб один студент), были быстро пресечены. Однако с той поры много изменилось. В частности, была разгромлена оппозиционная внутрипартийная группа бывшего министра иностранных дел Ибрагима Гандура, что позволило аль-Баширу «продавить» своё выдвижение на новый президентский срок. 

 

Характерно, что везде волнения происходят по схожему сценарию: акции протеста против тяжёлой экономической ситуации в стране перерастают в беспорядки и столкновения, затем начинают гореть административные здания и офисы правящей ПНК. Полиция в большинстве районов старается не вмешиваться. Это свидетельствует о том, что местные кланы при попустительстве «обиженных» в ходе массовых кадровых чисток за последние два года руководителей правящей ПНК выражают недовольство президентом Судана, который собрался идти на очередной срок, несмотря на серьёзную оппозицию этому решению в рядах его собственной партии и необходимость изменить для этого конституцию страны. 

 

Судя по всему, отставка в мае министра иностранных дел Гандура и зачистка его сторонников в партийном аппарате стала последним элементом кадровой подготовки такого решения и вызвала большое недовольство в низовых партийных ячейках. Кроме того, последние меры правительства больно ударили по местным кланам и элитам. Источники объясняют волну протеста в провинциях тем, что федеральное правительство сократило количество субсидируемой муки, выделяемой штатам, из-за необходимости покрытия  дефицита в штате Хартум. Это решение привело к росту цен на хлеб в других регионах. Так что аль-Башир ударил по очень важному сектору теневой экономике, которая тесно связана с местными элитами. 

 

Заметно недовольство политикой аль-Башира со стороны филиалов «Братьев-мусульман», которые составляют основу суданского режима. Попытки президента дистанцироваться от «братьев» при заигрываниях с США, Саудовской Аравией и ОАЭ, воспринимаются неоднозначно. Суданское исламистское движение переживает трудный период после окончательного разрыва между Партией национального конгресса президента Омара аль-Башира и Партией народного конгресса покойного лидера исламистской оппозиции Хасана аль-Тураби. Их союз по разделению власти развалился в сентябре с формированием нового правительства во главе с Мотазом Муссой Абдаллой, которое исключило из правительства и госаппарата сторонников Тураби. 

 

В политическом манифесте, опубликованном 29 сентября, генеральный секретарь Партии народного конгресса выступил с беспрецедентно жёсткой критикой правительства, обвинив его в коррупции и отказе от исламской политики в обмен на помощь, предоставленную Саудовской Аравией и ОАЭ. В этой связи участие в нынешних волнениях сторонников «Братьев-мусульман» сомнений не вызывает и с учётом их влияния в Судане не внушает оптимизма в отношении возможностей центральных властей по подавлению беспорядков. Благо хорошо известна роль «братьев» в событиях «арабской весны», в т.ч. в Тунисе и соседнем с Суданом Египте.

Остров Суакин был передан в аренду Анкаре в обмен на обещания инвестиций и военного сотрудничества

 

С учётом явной симпатии к этим событиям и их участникам со стороны Госдепартамента США (особенно ярко проявившейся в Сирии), пошедшего на предательство союзников, самым видным из которых был египетский президент Хосни Мубарак, в пользу исламистских «революционеров», не подлежит сомнению, что в Судане правящему режиму грозит та же судьба. Недавнее снятие президентом Трампом, благодаря лоббированию ЦРУ и КСА, санкций с этой страны может быть пересмотрено вследствие охлаждения судано-саудовских отношений.

 

Характерны в этой связи нетривиальные шаги Омара аль-Башира в сторону России и её ближневосточной политики, проявившиеся, в частности, в визите в Дамаск и встрече с сирийским президентом Башаром Асадом. Этот визит стал первым с момента введения со стороны Лиги арабских государств санкций против Дамаска после начала гражданской войны в марте 2011-го, когда ЛАГ приостановила членство Сирии в ответ на действия правительства по разгону демонстраций. Омар аль-Башир – первый арабский лидер, посетивший Сирию с начала кризиса. Причём Хартум отказался разорвать связи с Дамаском, несмотря на его репрессии против исламистских группировок, как и Ливан, Египет и некоторые другие арабские страны.  

 

Всё это соответствует стилю суданского президента, как мастера блефа для выстраивания нужной политической конъюнктуры. Чтобы добиться расположения Саудовской Аравии, получить её финансовую поддержку и политическое лоббирование в Вашингтоне для снятия с Судана экономических санкций, Хартум дружил с Ираном. Когда саудовцы начали оговаривать финансовую поддержку конкретными условиями, в Хартуме появились Турция и Катар. Маневрирование между центрами силы ради решения текущих проблем – основа политики аль-Башира. Посетив Дамаск, помимо сигнала в Москву и Каир (и в Вашингтон – о сближении с Россией, требующем американской реакции в виде материальных стимулов), Хартум просигнализировал и Эр-Рияду, что их союз и суданские военные в Йемене требуют дополнительных вложений...

 

Евгений Сатановский, президент Института Ближнего Востока

 

 Статья основана на материалах экспертов ИБВ А. Быстрова и Ю. Щегловина

Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц