Версия для печати

Бумеранг демократии

Разгромив Хусейна, США отдали Ирак врагу и потеряли армию
Храмчихин Александр

Первая война США с группой стран-союзниц против Ирака в январе-феврале 1991 года имела очевидные обоснования со стороны коалиции: наказание агрессора, напавшего на беззащитный Кувейт. Вторая, начавшаяся 20 марта 2003-го, не оправдывалась никак. Антииракская коалиция-2003 действовала без решения Совбеза ООН, то есть совершила агрессию против Ирака. И союзников у американцев на этот раз оказалось гораздо меньше. 

С чисто военной точки зрения группировка была заметно слабее, а из-за отказа Саудовской Аравии предоставить свою территорию пришлось действовать из микроскопического по размерам Кувейта. Почти никакой принципиально новой техники, кроме бомбардировщиков-невидимок В-2, у американцев за 12 лет не появилось, но имевшаяся техника прошла радикальную модернизацию под требования сетецентрической войны, что значительно повысило эффективность и управляемость войск. 

 

С другой стороны, разгромленная в 1991 году иракская армия сильно деградировала. Сухопутные войска еще оставались довольно большими, хотя и крайне примитивными, а ВВС и ПВО по сути вообще отсутствовали (кроме ПЗРК и зенитной артиллерии), что в войне против США фатально. 

 

Впрочем, шанс испортить англосаксам жизнь у иракцев был, стоило всю армию загнать в крупные города и предложить противнику их штурмовать. Городские бои самые жестокие и сложные, при этом техническое превосходство в них в значительной степени нивелируется. Но Саддам Хусейн решил, что нужно защищать всю территорию страны. Военно-политическое руководство Ирака, видимо, находилось в плену очень популярного во всем мире, но совершенно абсурдного мифа о том, что американцы не умеют воевать и очень боятся контактных наземных боев. Поэтому иракцы попытались такие бои американцам навязывать, причем вдали от городов, в открытой пустыне. 

 

Наступающие американские войска подвергались постоянным атакам регулярных войск и ополченцев, однако успеха это не приносило. Большая часть иракских сил выбивалась авиацией, остальных американцы громили в наземном контактном бою, которого страшились совсем не так сильно, как предполагали иракцы. 9 апреля пал Багдад, 13 апреля американские морпехи без боя взяли Тикрит, родину Саддама Хусейна. 1 мая Джордж Буш-младший объявил об окончании войны. После чего победители, выиграв войну, начали уверенно проигрывать мир.

Американцы разрушили систему управления, не создав новой, и получили ненавидящую их страну

 

В России и многих других странах США глубоко демонизированы, им приписываются разнообразные дьявольские замыслы и уж совершенно точно за всеми их действиями видится экономическая мотивация вроде «захвата нефтяных полей». При этом совершенно недооценивается высочайшая идеологизированность американского общества. Подавляющее большинство американцев – как простое население, так и элита – абсолютно уверены, что политическая и экономическая система США не просто идеальна, но единственно возможна и любой народ в мире автоматически будет строить в своей стране аналогичную систему. Помешать ему в этом могут лишь тираны типа Саддама Хусейна. А если он свергнут, все быстро наладится само собой. Отдельные американские историки, политологи и обществоведы догадываются, что данная теория, мягко говоря, не совсем верна, а точнее – не имеет никакого отношения к реальности, но кого когда интересовало мнение ученых?

 

Поэтому американцы не имели никаких внятных планов послевоенного обустройства Ирака. Они лишь по аналогии с денацификацией послевоенной Германии провели дебаасизацию, полностью ликвидировав структуры правившей при Хусейне партии. Между тем подавляющее большинство ее членов вступали в Баас только потому, что без этого нельзя было сделать никакой карьеры, как в СССР, не вступая в КПСС. Соответственно они вполне могли служить любому новому режиму. Но американцы, руководствуясь идеологическими догмами, полностью разрушили систему управления страной, не создав новой, а заодно получили мощную прослойку ненавидящих их людей. 

 

Разумеется, никак не была учтена этноконфессиональная структура населения Ирака. Она примерно такова – по 20 процентов курдов и арабов-суннитов, 60 процентов арабов-шиитов. При Хусейне вся власть была сосредоточена в руках суннитского меньшинства, шииты доступа к ней почти не имели, а курды вели долгую и тяжелую войну за независимость.

 

После свержения Хусейна Курдистан окончательно стал независимым, а не закреплять это де-юре курдов упросили американцы. Шииты начали брать власть явочным порядком, из-за чего относились к американцам достаточно лояльно (кроме немногочисленных радикалов типа Муктады Ас-Садра). А сунниты, враз лишившиеся всего, стали основой сопротивления. К тому же им на помощь немедленно двинулись боевики со всего мира. Ведь исламский терроризм, олицетворением которого в то время была «Аль-Каида», имеет чисто суннитскую природу. Поэтому в стране начала разворачиваться партизанская война против оккупантов с сильными элементами гражданской войны между этноконфессиональными группами самого Ирака. Уничтожение 22 июля 2003 года сыновей Хусейна никаким образом ни на что не повлияло. Диктатора и его отпрысков на самом деле ненавидело почти все населения, но к партизанской войне этот факт не имел никакого отношения. 

 

В декабре 2005-го в Ираке прошли первые парламентские выборы, однако это ничего не решило, поскольку подавляющее большинство суннитов их бойкотировали. Кроме того, в очередной раз подтвердилось, что в обществах, не имеющих опыта электоральной демократии, люди голосуют не по политическим, а по религиозным, национальным и клановым принципам. Потому формальное появление институтов народовластия не делает страну демократической на деле. Более того, по новой конституции в Ираке была введена система этноконфессионального разделения властей, что само по себе далеко от традиционной демократии. Как президента, так и премьера избирает парламент, при этом премьер (шиит) имеет больше полномочий, чем президент (курд). Формально важнейшей фигурой при такой системе становился председатель парламента (суннит), но при местных традициях это было невозможно. Реальным руководителем страны стал премьер. 

 

В США стремительно росло недовольство огромными людскими и материальными потерями в ходе иракской кампании. Стало падать качество военнослужащих сухопутных войск и морской пехоты, на которых и приходились почти все потери. В очередной раз подтвердился известный факт, что вести тяжелую войну с высокими потерями профессиональная, то есть наемная, армия не способна, ибо за деньги можно убивать, но нельзя умирать. В начале войны у американских военнослужащих была высокая мотивация – они верили, что мстят за теракты 11 сентября, хотя в реальности Хусейн не имел к ним ни малейшего отношения. Да и потери на тот период были невелики. Через три года с мотивацией возникли большие проблемы, начались быстрая люмпенизация и криминализация наземных компонентов ВС США, при этом расходы на содержание личного состава стремительно росли.

В Белом доме и Пентагоне планировали завершить штурм Мосула к 7 ноября

 

 

В декабре 2006-го был пойман американцами и повешен шиитами Саддам Хусейн, что не имело ни малейшего значения: бывший диктатор к этому моменту почти никого не интересовал. Тем не менее 2007 год стал переломным. Сознательно или случайно американцы скопировали российскую тактику, использованную Москвой в начале второй чеченской войны. Как известно, в межвоенный период – в 1996–1999 годы – в Чечне произошел раскол тех, кто в первую войну воевал против России, на националистов, выступавших за независимость Чечни и строительство в ней национального государства, и исламистов, собиравшихся строить «халифат» в пределах как минимум Северного Кавказа. Именно исламисты спровоцировали вторую войну, начав вторжение в Дагестан. Когда в ответ на это в Чечню вновь пришла Российская армия, националисты предпочли перейти на ее сторону, ибо исламисты были для них уже совершенно неприемлемы. Аналогичная история произошла в Ираке. 

 

Многочисленные иностранные исламисты, завербованные «Аль-Каидой» по всему миру, своей крайней жестокостью и пещерными обычаями оттолкнули значительную часть населения Ирака, включая и местных суннитов, поначалу воевавших против американцев как оккупантов. Именно их США сумели перетянуть на свою сторону, сформировав из них «отряды бдительности» («сахва»). Теперь они взяли на себя главную тяжесть борьбы с радикальными исламистами, а потери американцев с осени 2007-го резко пошли на убыль. 

 

В планах США было оставить в стране несколько военных баз и до 50 тысяч военнослужащих. Но премьер Нури аль-Малики, находящийся под сильным влиянием иранских единоверцев, отказался подписать с Вашингтоном соглашение, дающее американским военнослужащим иммунитет от местного судебного преследования. И американцы отнюдь не свергли свою «марионетку». Утерлись и ушли. Вывод американских войск из Ирака полностью завершился в декабре 2011 года, потери составили 4484 человека. Кроме того, на стороне США в войне участвовали многочисленные ЧВК, чьи потери были как минимум не меньше, но их никто не считал, поскольку гибель военнослужащего – проблема государства, а гибель наемника – его личное дело. При этом погибли не менее 162 тысяч иракцев. 

 

В политическом плане США потерпели полное поражение. Не только и даже не столько потому, что никакой демократии в стране построить не удалось. Главное в том, что Вашингтон по сути своими руками передал Ирак своему злейшему врагу – Тегерану. При созданной американцами политической системе главными стали шииты, автоматически ориентирующиеся на иранских единоверцев. 

 

Но и формальная военная победа стала фактически поражением. Война в Ираке и параллельная в Афганистане, поглотив гигантские средства, привели к окончательной переориентации ВС США на борьбу с заведомо более слабым противником – примитивной и архаичной регулярной армией или партизанскими формированиями. Это изуродовало всю структуру ВС США и характер боевой подготовки. Именно поэтому таким шоком для американцев стал «крымско-сирийский» вызов со стороны России.

 

В 2014 году американцам, впрочем, пришлось вернуться в Ирак, потому что туда пришел «Исламский халифат», стремительно захвативший почти половину страны. Это образование стало косвенным порождением все той же политики США на Ближнем Востоке, а их борьба с «халифатом» на протяжении почти двух лет была не более чем имитацией. Радикалам просто не позволили захватить Багдад и прорваться дальше на юг, явно выталкивая на запад, в Сирию. Ситуация радикально изменилась лишь тогда, когда сюда пришла Россия и начала выигрывать, в том числе и у «халифата». После этого имитация борьбы с ним стала для Вашингтона невозможной. Тем более что в Ираке в борьбу с «халифатом» все активнее включались Иран и подконтрольные ему шиитские группировки. 

 

Кульминацией войны с «халифатом» в Ираке стал штурм временной столицы исламистов Мосула. Начался он в октябре 2016 года. В Белом доме и Пентагоне планировали завершить штурм, как это ни комично прозвучит, к 7 ноября, то есть к президентским выборам в США. Падение Мосула должно было способствовать победе Хиллари Клинтон. Победил, однако, Трамп, а Мосул в итоге пал лишь летом следующего года. 

 

На данный момент война как бы закончилась. Однако отдельные очаги «халифата» в Ираке остаются. Кроме того, не решена проблема курдов, чей референдум о независимости в сентябре 2017-го был всеми проигнорирован. Тем более не решена проблема суннитско-шиитского противостояния внутри Ирака. Поэтому остается лишь ждать, когда и в какой форме война в стране возобновится. При этом очень высока вероятность того, что в ближайшее время иракский парламент вновь попросит остающиеся в стране американские войска «на выход».

 

Александр ХРАМЧИХИН, заместитель директора Института политического и военного анализа

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...