Версия для печати

Покушение на Гитлера. Неизвестные детали – часть II

В подготовке операции «Валькирия» участвовали дипломаты и разведчики
Рощупкин Владимир
Караул в память участников заговора против Гитлера

Покушение на Гитлера. Неизвестные детали – часть I (https://vpk-news.ru/articles/51522)

 

20 июля в Германии чтят память участников неудавшегося покушения на Гитлера. О роли некоторых организаторов операции «Валькирия» следует сказать особо.

Незадолго до покушения в Берлине прошло совещание ближайших единомышленников полковника фон Штауффенберга. Обсуждался и вариант прямых переговоров о заключении перемирия непосредственно на фронтах между командующими. Как отмечалось в документах процесса над руководителями заговора, они пришли к общему мнению о том, чтобы вести переговоры не только с противниками на Западе, но и с советской стороной. 

 

Более того, бывшие посол в СССР граф Шуленбург и военный атташе в Москве генерал Кестринг должны были участвовать в этих переговорах. Оба были для этого достаточно хорошо подготовлены. Символично, что Эрнст Кестринг – земляк Василия Ивановича Чуйкова. Они родились в пос. Серебряные Пруды (ныне Московская область). Кестнер – 20 июня 1876-го, Чуйков – 12 февраля 1900 года. Оба закончили войну под Берлином, и тот и другой в звании генерал-полковника. Но Чуйков – как один из полководцев Победы, а его оппонент – в стане побежденных.

 

Получив хорошее домашнее образование, Эрнст был отдан на обучение сначала в Московскую гимназию, а потом в Михайловское артиллерийское училище, элитное в то время военно-учебное заведение. После его окончания некоторое время служил в Российской армии. Затем семья Кестрингов переехала на историческую родину – в Германию. Эрнст поступает на службу в кайзеровскую армию. Участвует в Первой мировой, за боевые отличия награжден «Железным крестом» 1-го и 2-го класса. В 1918 году, во время оккупации немцами Украины, находится в военной миссии при правительстве гетмана Скоропадского, оказывает помощь в создании регулярной армии. В 1927-м – подполковник, командир 10-го кавалерийского полка, а вскоре – начальник разведки при Главном штабе немецкой армии. В 1931-1933 годах работал неофициальным представителем рейхсвера в Москве, занимаясь фактически разведывательной деятельностью, а в 1936-м назначен военным атташе посольства Германии в СССР.

Далеко не все казненные имели отношение к делу 20 июля – гестапо часто сводило старые счеты

 

 

Кестринга не без оснований считали крупным специалистом по России, к его мнению прислушивались. Как человек опытный в военном деле и как разведчик он был очень осмотрительным и осторожным. И вряд ли кто ожидал от генерала Кестринга шага, на который он пошел в 1941-м после закрытия германского посольства в Москве. Он осмелился добиться приема лично у Гитлера, чтобы предупредить о превратностях зимнего наступления и масштабах русского пространства. «После первых ударов русский медведь встанет на задние лапы и нанесет мощный ответный удар. И не забывайте, что зима в России холодная, а Советский Союз не заканчивается возле Урала». 

 

Откровенное предупреждение генерала вызвало сильное неудовольствие фюрера, и тот распорядился переместить Кестринга в резерв. Об этом неизвестном эпизоде рассказал статс-секретарь в отставке Ханс фон Херварт 19 июля 1994-го в Берлине на памятном мероприятии, приуроченном к 50-й годовщине покушения на Гитлера.

 

Как видим, умудренный генерал, дипломат, знаток России Кестринг и относительно молодой офицер Штауффенберг с самого начала хорошо понимали друг друга. Они придерживались единого мнения относительно совместных задач. По некоторым данным, Кестринг должен был позднее принять участие в свержении Гитлера. Он оказал неоценимую помощь Штауффенбергу, подготовив ему списки генералов и фельдмаршалов – кандидатов в участники запланированного вооруженного выступления. По словам фон Херварта, роль Кестринга сегодня забыта, потому что об этом нет записей, и не осталось в живых никого, кто тогда был посвящен в суть дела.

 

Ханс фон Херварт вспомнил еще один интересный эпизод: «Принадлежность Роммеля к Сопротивлению часто оспаривается. Кестринг, который до войны был адъютантом генерал-полковника фон Зеекта и знал всех генералов, непосредственно после катастрофы в Африке поведал мне об одном разговоре с Роммелем. «Он изменился. Будучи убежденным нацистом, теперь осознал, что война в значительной мере проиграна, а Гитлер не способен быть верховным главнокомандующим».

 

После неудачи операции «Валькирия» фон Херварт возвратился в свой штаб и доложил о прибытии генералу Кестрингу. Тот принял его со словами: «Как, вы еще живы? Самое лучшее для вас – немедленно исчезнуть из Потсдама». Херварт согласился, но и ему предложил уехать. Они убыли в части, дислоцированные в Белграде, а потом еще дальше, в Грецию. Никто из офицеров, кто был арестован и подвергнут жестоким пыткам, не выдал Херварта. А ведь он в свое время был личным секретарем Шуленбурга и активно сотрудничал со Штауффенбергом. «Видимо, у меня был ангел-хранитель, и после 20 июля 1944 года я остался жив», – сказал фон Херварт на упомянутом памятном мероприятии.

 

Над участниками заговора были учинены показательные процессы в «народной судебной палате» (Volksgerichtshof). Но многие были расстреляны без суда и следствия. При этом далеко не все имели отношение к делу 20 июля – гестапо часто сводило старые счеты. Гитлер приказал большинство осужденных казнить не на гильотине, как гражданских преступников, и не через расстрел, как военных, а вешать на рояльных струнах в тюрьме Плетцензее.

 

Продолжение следует

  

Владимир РОЩУПКИН, кандидат политических наук

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц
Loading...