Версия для печати

РОГ из «Квадрата» и «Куба»

Опыт организации ПВО Дамаска 70-х годов полезен поныне
Лузан Александр

В отечественных СМИ широко обсуждаются новые трактовки современных и перспективных форм и способов ведения войн и военных конфликтов, их особенности и наиболее вероятные тенденции развития. Оцениваются характер и масштаб боевых действий и содержание системно-сетевых войн как обобщающего фактора.

Результаты проведенных исследований ведут к выводу, что в уже идущих и будущих войнах опыт Великой Отечественной и Второй мировой имеет непреходящую ценность. При этом начинают реализовываться новые подходы к тактике, способам ведения боевых действий и построению группировок войск.

Бурное развитие науки и технологий изменило характер вооруженной борьбы. В конце XX века в обиход прочно вошло понятие «высокотехнологичные войны».

Советская ПВО Дамаска

Трехмерная, сетевая, асимметричная, бесконтактная, информационная войны... По наблюдению президента АВН генерала армии Махмута Гареева, мы едва ли не каждый день узнаем новые определения. Конечно, они отражают некие черты противоборства армий, но по отдельности не характеризуют проблему в целом.

Именно генерал армии Гареев, в то время замначальника Генштаба ВС СССР, предвидя изменения характера войн в будущем, еще в 70-х годах обосновал новые формы и способы ведения БД, в том числе с использованием динамично создаваемых адаптивных оперативно-маневренных групп (ОМГ).

В Египте и Сирии «Квадратом» было уничтожено до 68 процентов авиации Израиля при расходе ракет 1,2–1,6 на одну цель

Подобное новшество было проработано, предложено к реализации и применению и в ПВО Сухопутных войск. Вначале эти нетрадиционные группировки назвали смешанными, что не вполне соответствовало их предназначению и структуре. В последующем алгоритм их действий был доработан по форме, содержанию и решаемым задачам, и группировки были названы мной, одним из авторов, мобильными автоматизированными разведывательно-огневыми группировками ПВО (МАРОГ ПВО).

Несколько лет спустя США при интервенции в Югославии назвали свои (точнее – натовские) структуры для нанесения воздушно-ракетных ударов разведывательно-ударными боевыми группировками. Видимо, идеи создания разведывательно-ударных или разведывательно-огневых боевых группировок перспективны, отвечают требованиям времени.

По поводу МАРОГ ПВО в свое время докладывали начальнику ГШ ВС РФ, их создание одобрили, затем военные чиновники «заболтали» дело. Но жизнь развивается по своим законам и зачастую требует принятия неординарных решений, несмотря на противодействие и недопонимание, что и подтверждается историей.

Во второй половине 70-х годов президент САР Хафез Асад обратился к Москве с просьбой помочь организовать систему ПВО Дамаска. При этом сирийцы просили направить силы и средства ПВО, укомплектованные расчетами из советских военнослужащих.

К тому времени за рубеж уже поставлялись ЗРК С-75 и С-125 из состава системы вооружения войск ПВО страны, и некоторые средства войск ПВО СВ, в том числе ЗРК «Квадрат» (экспортное название «Куб»). Но расчеты всех средств, в том числе и уже находящиеся на вооружении армии САР, комплектовали и обслуживали военнослужащие национальных армий, обученные и подготовленные в советских учебных центрах.

Наши офицеры направлялись в дружественные страны только советниками. Поэтому просьба президента Асада оказалась достаточно неожиданной и требовала решения руководства СССР.

Анализ ситуации показал, что системы ЗРК С-75 и С-125 принципиально усилить систему ПВО Дамаска не смогут, а ЗРК «Квадрат», сравнительно новое оружие в регионе, прекрасно зарекомендовали себя в арабо-израильской войне 1973 года.

Тогда в Египте и Сирии комплексы «Квадрат» уничтожили до 68 процентов авиации Израиля (в основном самолеты типа «Фантом» и «Мираж») при среднем расходе ракет 1,2–1,6 на одну сбитую цель. Это привело военных Израиля и стоящего за ними Пентагона в шок, потребовало неординарных мер, в том числе экстренного перелета «Фантомов» из США в Израиль с организацией дозаправок самолетов в воздухе.

Правда, в последующем израильские ВВС реабилитировались, уничтожив благодаря неумелым действиям сирийцев и по другим причинам восемь батарей ЗРК «Квадрат», дислоцированных в долине Бекаа – сравнительно недалеко от Дамаска. Так что организация ПВО столицы САР на базе зенитного ракетного полка «Куб» не только была целесообразна, но и стала определенным реваншем. Поскольку полк комплектовался советскими военнослужащими, решение следовало принять взвешенное и продуманное – была огромная ответственность за жизнь людей.

Изучение обстановки и анализ ТВД показали, что ракетную воинскую часть необходимо усилить средствами ПВО ближнего действия: ЗРК «Стрела-10М», ЗСУ «Шилка» и ПЗРК «Стрела-3».

Именно вкупе с ними ЗРК «Куб» взаимодействует и образует группировку ПВО танковых дивизий в штатном варианте. Но в этом случае ЗРК малой дальности и средства ПВО ближнего действия управляются со своих КП и пунктов управления, а при создании единой группировки система управления по возможности должна быть объединенной. Решение о привлечении к выполнению боевой задачи ЗРК «Куб» совместно со средствами ПВО ближнего действия и было окончательно утверждено руководством страны.

РОГ из «Квадрата» и «Куба»

Таким образом, для прикрытия Дамаска фактически впервые создавалась специальная группировка ПВО. Правда, скорее смешанная, чем разведывательно-огневая, так как создать единое полномасштабное информационно-управляющее пространство тогда было крайне сложно. Группировку ПВО сформировали на базе зенитного ракетного полка «Куб» и средств ПВО одной из дивизий Прикарпатского ВО.

Правильность принятого решения подтвердилась сразу после доставки личного состава полка и вооружения в сирийскую Латакию. Через несколько часов после прибытия стоявший у причала сухогруз «Ленинский комсомол» атаковала группа быстроходных израильских катеров. Но обстрел установками «Шилка» как с верхней палубы судна, так и уже развернутых на берегу не только сорвал атаку, но и привел к гибели одного и повреждения второго катера. Атаку отбили, но стало очевидно, что без средств усиления выполнить такую задачу часть не смогла бы.

Зенитные ракетные батареи полка совместно со средствами усиления (БМ ЗРК «Стрела-10М», ЗСУ «Шилка» и ПЗРК), развернутые вокруг Дамаска, более года охраняли воздушное пространство. Следует отметить, что тогда не было зафиксировано ни одного случая нарушения израильскими пилотами воздушного пространства Дамаска да и САР. Полк со всеми приданными средствами после выполнения спецзадания вернули к месту постоянной дислокации, многих офицеров наградили. Большинство из них ныне здравствуют, но поскольку некоторые живут в одном из сопредельных государств, в целях безопасности не называю их фамилии, желая всем добра и благополучия.

Командир полка Владимир Старун, в те времена подполковник, продолжил службу в армии, получил звание генерал-майора, стал начальником Полтавского высшего зенитного ракетного краснознаменного командного училища (ПВЗРККУ), откуда и уволился в запас. К глубокому сожалению товарищей и друзей, в 2017 году Владимира Афанасьевича не стало.

Но в училище (теперь уже в бывшем) энтузиасты создали музей славы, о чем мне рассказал выпускник этого училища, мой друг генерал-лейтенант запаса Виктор Андрущак. Один из разделов музея посвящен тому сирийскому событию. Именно ПВЗРККУ готовило офицеров-специалистов по средствам ПВО ближнего действия.

Опыт, полученный при организации ПВО Дамаска, стал основой для выработки новых оптимальных форм и способов применения нетрадиционных группировок ПВО в особых районах (регионах) боевых действий. В последующем его использовали при создании разведывательно-огневых группировок ПВО в той же Сирии. Тогда совместно с ЗРС дальнего действия С-200В были развернуты зенитные батареи ЗРК малой дальности «Оса-АК», а также низковысотные обнаружители (НВО) из состава ЗРС С-300П. Это существенно усилило систему ПВО САР, а применение ЗРК «Оса-АК» совместно с С-200 создало сплошную зону поражения (перекрыло «мертвую» воронку ЗРС С-200) и повысило защищенность зенитных ракетных позиций от ударов СВН, действующих на малых и предельно малых высотах.

Использование НВО и штатных средств разведки низкочастотного диапазона, нечувствительных к стелс-технологии (РЛС метрового диапазона типа П-14 «Лена»), а также создание общей системы управления позволяют отнести эту группировку к одному из первых вариантов РОГ ПВО.

Гуси-нарушители

Об эффективности РОГ ПВО из ЗРС С-200В и ЗРК «Оса-АК» можно судить по боевому эпизоду, случившемуся осенью 1984 года. Ночью на боевом дежурстве бортовая станция обнаружения целей (СОЦ) боевой машины ЗРК «Оса-АК» зафиксировала неопознанную низколетящую цель. За несколько секунд ее взяли на автосопровождение станцией сопровождения целей и наведения ракет (ССЦР) этой же БМ. Информацию передали на КП группировки, откуда поступил приказ цель уничтожить. Ракета выполнила полет и наведение в штатном режиме, но цель не поразила – не сработал радиовзрыватель.

На следующее утро министр обороны Маршал Советского Союза Дмитрий Устинов потребовал доклада о происшествии. Досконально установили, что неопознанная низколетящая цель оказалась стаей гусей, о чем и доложили маршалу. Казалось бы, обнаружение и обстрел такой экзотической низколетящей малоразмерной цели характеризует эффективность созданной разведывательно-огневой группировки.

Но глава Минобороны СССР отказ радиовзрывателя ракеты оценил как недостаток комплекса и потребовал устранить его в кратчайший срок. На мои возражения, что создавали мы ЗРК, а не охотничье ружье, он послал меня достаточно далеко. Дмитрий Федорович был не просто министром обороны, но и крупнейшим оружейником, одним из главных руководителей страны, осуществляющих перевооружение нашей армии новой техникой, не уступающей мировым аналогам. А зачастую и выше их по ТТХ.

Через три часа я уже летел на полигон выполнять его указания, на следующий день туда же прибыл и главный конструктор комплекса «Оса-АК».

Работы выполнили за неделю. После провели 12 боевых стрельб по малогабаритной мишени РУМ-2Б, из них 10 дали положительные результаты в доработанном варианте, а два пуска – в штатном, но радиовзрыватель в этих случаях не сработал.

В результате в ЗРК «Оса-АК» появился дополнительный режим боевой работы «Малоразмерная цель» (МЦ), комплекс получил шифр «Оса-АКМ». Вот как быстро и продуктивно выполнялись тогда задачи.

Кстати, ЗРС С-200М, в ходе эксплуатации в Сирии модернизированная, в последующем сбила американский палубный самолет-нарушитель ДРЛО Е-2С «Хокай», прикрывавшийся самолетом РЭБ «Праулер». То есть был поражен фрагмент специально созданной разведывательно-огневой группировки.

Хорошо бы вспомнить забытое старое

В последующем опыт создания мобильных РОГ ПВО, по составу соответствующих складывающейся наземной обстановке и масштабу угроз применения средств воздушного нападения, в наших ВС незаслуженно забыли. А это чревато возможностью возникновения существенных непредвиденных ситуаций и отсутствием адекватной реакции на них.

К сожалению, даже современные группировки ПВО в Сирии (Хмеймим и Тартус) – это скорее устаревшие смешанные, а не современные высокоэффективные разведывательно-огневые группировки, функционирующие в едином информационно-управляющем пространстве, взаимодействующие по электронным каналам связи с авиацией и средствами ПВО Сирии. Их состав требует оптимизации.

Слава богу, что у исламистов нет средств воздушного нападения (СВН), оснащенных противорадиолокационными ракетами (ПРР). Исход атак мог бы быть совсем не в нашу пользу. Совершенствованием наземной системы ПВО, а при необходимости и ПРО, нужно заниматься постоянно, причем как в области поддержания уровня вооружения, адекватного уровню вооружения противоборствующих СВН, так и создания соответствующих нетрадиционных структур и формирований обороны. Она должна быть современной и эффективной.

Достаточно вспомнить Югославию, где агрессоры из НАТО, в первую очередь США, апробировали и на практике отрабатывали фрагменты ведения бесконтактных войн пятого и шестого поколений, в том числе действия авиационных разведывательно-ударных боевых группировок.

Годами несовершенствовавшаяся система ПВО Югославии отстала от арсенала средств ВН практически на два поколения, ее должным образом не реорганизовали, и она не могла противостоять массированным ракетно-авиационным ударам натовской коалиции.

Так как альянс бои на земле не вел, отсутствовали передний край и линия боевого соприкосновения, силы и средства войсковой ПВО не развернули, фактически они оставались в режиме мирного времени и к отражению авианалетов их привлекали недостаточно. Никаких специализированных группировок ПВО югославы не создавали. Несомненно, что такое отношение к системе противовоздушной обороны страны и ее ВС стало одной из причин военной катастрофы Югославии.

Какие бы ни были виды войн и формы БД, в них, как правило, все большее значение приобретает боевое применение средств воздушного и воздушно-космического нападения (СВН, СВКН), что становится одним из решающих факторов достижения победы.

Второй особенностью является то, что типаж СВН, СВКН в составе ВВС ряда государств мира к настоящему времени существенно увеличился. Кроме самолетов поколений «4+», «4++» и 5-го, появилось высокоточное оружие (ВТО) воздушного базирования новой формации, что вкупе с новыми носителями привело к совершенствованию форм их боевого применения и существенному повышению эффективности.

Все шире в состав СВН и СВКН входят дроны различных классов и предназначения, оснащенные элементами искусственного интеллекта. Это позволяет объединять БЛА в роевые стаи и создавать систему барражирующих боеприпасов.

Успешно «расползаются» по миру ракетные технологии, особенно в разработке, производстве и оснащении войск баллистическими ракетами средней и меньшей дальности (БРСМД), которые рассматриваются как оружие устрашения и первого (превентивного) удара.

Традиционными способами борьбы с этими угрозами сейчас да и в обозримой перспективе не обойтись. Необходимо создание именно нетрадиционных как по составу, так и по возможностям группировок ПРО-ПВО как на ТВД, так и для защиты высокопотенциальных объектов.

Для этого требуется поддерживать боевой потенциал средств, систем и группировок ПРО-ПВО в состоянии, позволяющем эффективно противостоять как современным, так и перспективным СВН и СВКН.

В этой связи определенное непонимание и озабоченность вызывает прошедший авиасалон «МАКС-2019», несмотря на то, что в этот раз на нем демонстрировалось более 800 экспонентов из 33 стран мира и за время работы салона заключено контрактов более чем на 250 миллиардов рублей.

Озабоченность вызывает то, что впервые на авиасалоне не представили наземную компоненту ПРО и ПВО. Мне в свое время пришлось быть и соорганизатором первого авиасалона именно в этой части, и докладчиком на нем. Наземные средства ПРО и ПВО, демонстрировавшиеся на МАКСе, всегда вызывали огромный интерес, в том числе и у иностранных специалистов, что способствовало продвижению этого оружия на мировом рынке. Возможно, сегодняшний подход к номенклатуре демонстрирующегося на МАКСе вооружения – предложения руководства Рособоронэкспорта, но тогда, смею думать, они не обоснованы ни временем, ни обстоятельствами.

Одними самолетами «4+», «4++» и даже суперновыми Су-57 не обойтись. Пример тому – отражение налета боевых дронов на авиабазу «Хмеймим», случившегося уже после завершения МАКСа, осуществленного именно с земли, а не с воздуха.

Нужен продуманный, научно обоснованный подход к решению этих проблем и решаться он должен в том числе с привлечением военной науки.

Хотелось бы думать, что руководство Минобороны услышит сказанное и будут предприняты необходимые действия. Ведь это и есть реальное обеспечение безопасности нашей Родины.

Александр Лузан,
доктор технических наук, лауреат Государственной премии, генерал-лейтенант в отставке

Опубликовано в выпуске № 37 (800) за 24 сентября 2019 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц