Версия для печати

Вирус на бочку

Схватка сверхдержав перескакивает с макроэкономики на микробиологию
Манойло Андрей
Фото: gazeta.ru

В войнах нового поколения, называемых гибридными, для решения боевых задач допускается комбинация традиционных методов «убеждения» противника и различного рода инновационных форм, включающих информационные, дипломатические, торговые средства воздействия.

2020 год, начавшийся с убийства иранского генерала Кассема Сулеймани и затем охвативший мир пандемией коронавируса, дал новый виток интереса к гибридной войне. У нас на эпидемию наложились еще несколько факторов:

  • малая «нефтяная война» с ОПЕК (в основном с Саудовской Аравией), в результате чего стоимость барреля упала до уровня 2000 года, рубль девальвировался, а доллар в свою очередь взлетел на 30 процентов;
  • обострение отношений с Турцией в Идлибе, едва не приведшее к прямому боестолкновению в условиях весьма проблемного для ВС РФ (в стратегическом плане) Сирийского ТВД;
  • реформа всей системы действующей власти, связанная с внесением поправок в Конституцию.

Сама же эпидемия, ее информационное обеспечение (весьма специфичное) и попытки различных органов власти развернуть бескомпромиссную борьбу вызвали у населения серию панических атак, выраженных в ажиотажном спросе на гречку, макароны и туалетную бумагу. Стало ясно, что официальные заявления и развернутая сумбурная информкампания породили массовый психоз, который может помешать насмерть перепуганному населению, избегающему любых прямых контактов, прийти проголосовать 22 апреля. Естественно, во всем стали искать признаки гибридной войны, ведущейся против РФ Соединенными Штатами и их вассалами. И следы, разумеется, нашлись.

Можно спрогнозировать появление такого вида диверсионных операций, как фейковый терроризм

Начнем с коронавируса. С биологической точки зрения COVID-19 – зооморф (перешедший к человеку от животных, в организме которых вирус обитал прежде), это мутация, возникшая эволюционным путем без какого-либо участия человека. Но с точки зрения экономической войны COVID-19 – идеальное оружие, способное если не уничтожить экономику страны, то нанести такой урон, после которого она будет долгие годы восстанавливаться. Именно это мы сейчас наблюдаем в Китае: по прогнозам Goldman Sachs (от 17 марта), ВВП Китая в первом квартале 2020 года упадет на девять процентов в годовом выражении. Это очень серьезно: до эпидемии ВВП КНР стабильно рос на шесть-семь процентов. Теперь будет падать. Это в свою очередь на руку главному сопернику Китая – США: то, что недоделала торговая война, осуществила вирусная эпидемия нового типа. Именно по этой причине и возникла конспирологическая версия о том, что коронавирус выведен в американских военных лабораториях и специально доставлен в Китай с помощью бионосителей – зараженных японских граждан. Тему подхватила и российская пресса. Американские СМИ тут же поспешили (опираясь на мнения отставных полковников и самозваных экспертов) обвинить в том же Россию. Дело закончилось тем, что 20 марта госсекретарь США Помпео официально заявил о том, что Россия, Китай и Иран виновны в распространении дезинформации о пандемии коронавирусов SARS-CoV-2 и COVID-19. Это уже в духе гибридной войны. Не случайно в феврале Госдепартамент США заявлял: «Тысячи связанных с Россией аккаунтов скоординированно распространяют в социальных сетях ложную информацию о болезни, подрывая глобальные усилия по борьбе с эпидемией, и продвигают идею о том, что за вспышкой COVID-19 стоит правительство США, нанося ущерб репутации страны». Смысл этих обвинений понятен: указать на РФ как главного виновника эпидемии (наряду с КНР) и создать формальный повод для новых антироссийских санкций (теперь уже в связи с коронавирусом). Тактический расчет Белого дома ясен: если инфекция (не без участия тех, кто вступил с ней в борьбу) породила массовый психоз, грех не воспользоваться. Если «Коллективный Запад» поверил в то, что Россия отравила Скрипалей «Новичком», то почему бы не допустить, что коронавирус – биологическое оружие, имеющее то же происхождение. Это пока еще не реализованный сценарий новой информационной операции.

Пандемия, породив массовый психоз, создала идеальную среду для производства и распространения фейков. Цель – провоцирование панических настроений и вбрасывание на их фоне обвинений в адрес действующей власти. Вновь с особой остротой встал вопрос организации борьбы с фейками, завладевающими умами населения. Как противодействовать, в высоких кабинетах по-прежнему не знают. Участившиеся вбросы позволяют спрогнозировать появление такого вида диверсионных операций, как фейковый терроризм (наряду с уже существующим телефонным).

То же самое с «нефтяной войнушкой» против Саудовской Аравии. Она началась после того, как Россия отказалась ограничивать добычу. Цена рухнула до 28 долларов за баррель (марки Brent), доллар подскочил до 80 рублей, сохранив тенденцию к росту, а цены на продукты полезли вверх. Сложно сказать, чем именно было продиктовано решение, обвалившее нефтяной рынок. В свое оправдание российская сторона заявила, что это не банальный конфликт интересов России и КСА, а «удар по сланцевой отрасли США». В ответ Вашингтон заявил, что введет новые санкции – в «наказание» за обвал рынка. И хотя Трамп выразился крайне невнятно, в воздухе снова повеяло гибридной войной – на этот раз санкционной. Как будет дальше развиваться этот конфликт – увидим. Но то, что падение цен на нефть США могут использовать для смены политического режима в России, – факт: именно так развивался сценарий распада СССР, когда черное золото подешевело до 12,5 доллара за бочку и Союз лишился притока валюты. Сегодня ситуация чуть лучше, чем на закате советской власти, но только самую малость.

Все это происходит на фоне масштабной реформы системы госвласти и управления. Дело идет со скрипом, с неожиданными поворотами и сменой декораций. И любая неожиданность может этому тонко настроенному процессу повредить. Понятно, что в условиях нарастающего кризиса, когда все напряжено до предела и в одной точке (в виде «идеального шторма») сошлись сразу несколько факторов – эпидемия коронавируса, продуктовый ажиотаж, сложная реформа власти с «обнулением сроков», действовать надо крайне осторожно. Нельзя предпринимать рискованные шаги, не говоря уже об авантюрах, даже если очередная «войнушка» представляется верной, нужной и политически целесообразной. Потому что можно получить непрогнозируемый побочный эффект. Нефтяная война скажется на коронавирусе, а тот – на «обнулении». А дальше пойдет цепная реакция.

В нынешней ситуации лучше установить лимит на любые рискованные действия и отрабатывать каждую новацию отдельно: «обнуление» и голосование – без коронавируса (на фоне спада эпидемии), «нефтяную войнушку» – после завершения реформы госвласти и эпидемии короновируса; коронавирус – сейчас, потому что убежать от него не удастся, но в условиях стабильной цены на нефть и отсутствия падения доходов россиян. А ведь есть еще весьма непростые отношения с Турцией по Сирии, которые тоже надо разруливать.

Андрей Манойло,
доктор политических наук

Опубликовано в выпуске № 12 (825) за 31 марта 2020 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц