Версия для печати

Схватка на берегах Нила — часть II

Как сегодня работает полученный в Египте опыт применения РЭБ
Кнутов Юрий
Взлет пары «Фантомов». Фото: chosun.com

Важно отметить, что все советские и американские зенитные ракетные комплексы, выпускавшиеся до появления С-300 и «Пэтриот», были одноканальными по цели. Это означает, что ЗРК С-75 или С-125 «Нева» мог поразить лишь одну из нескольких целей, находящихся в зоне поражения. Обстрел второй мог вестись только после завершения обстрела первой при условии, что она все еще пребывала в зоне поражения.

Окончание. Начало читайте в предыдущем номере.

С целью проведения радиотехнической разведки в район боевых действий в ночь с 17 на 18 июля 1970 года перебросили средства радиоэлектронной борьбы 250-го ОЦ РЭБ. Станция радиотехнической разведки ПОСТ-3М должна была по излучению авиационных РЛС бокового обзора обнаружить работу самолета-разведчика противника и проинформировать командование 18-й ЗРД ПВО о возможном авиаударе по строящимся позициям ЗРК СА-75М.

Победы и потери

Расчет станции помех радиолокационным бомбоприцелам СПБ-7 «Шиповник» получил задачу вести радиотехническую разведку авиации противника и после определения частоты РЛС бокового обзора в случае очередного пролета ставить заградительную помеху. Расчет станции разведки и помех УКВ радиосвязи Р-834 получил приказ подавлять помехами каналы связи как между израильскими летчиками, участвующими в налете, так и между каждым пилотом и авиабазой, что должно было привести к прекращению наведения самолетов и срыву боевого задания. Забегая вперед, скажем, что станция помех Р-834 за время ведения военных действий показала свою высокую эффективность. Как только она включалась на излучение, то существенно затрудняла, а в ряде случаев полностью исключала выполнение боевой задачи авиацией противника. Строй самолетов из-за сильных радиопомех рассыпался, и они возвращались на авиабазу.

Случайный, по словам летчика, пролет советского МиГа-разведчика над Тель-Авивом вызвал череду отставок в высшем военном руководстве еврейского государства

18 июля 1970 года израильтяне решили нанести удар по египетско-советской маневренной группировке. Для этого они совершили налет на три советских дивизиона С-125 «Нева». В нем участвовало 20 «Фантомов», «Миражей» и «Скайхоков» (пять групп по четыре самолета в каждой). ВВС Израиля впервые использовали на своих самолетах новейшие средства РЭБ – станцию активных помех, полученную из США. Однако частоты, на которых она работала, отличались от частот советских СНР-125 и эффективность американского «чуда электроники» оказалась близкой к нулю.

Первый израильский «Фантом» был сбит дивизионом подполковника В. Толоконникова. В результате попадания ракеты погиб израильский летчик-ас командир 69-й эскадрильи майор Шмуэль Хец. Его штурман Менахем Эйни попал в плен к египтянам. В ходе боя дивизион Толоконникова подбил еще один «Фантом». Самолет с тяжелыми повреждениями дотянул до ближайшей израильской авиабазы, произвел жесткую посадку и вскоре был списан. Второй «Фантом» уничтожил дивизион майора М. Мансурова (самолет взорвался в воздухе). Третий был сбит дивизионом подполковника В. Кириченко.

Несмотря на тяжелые потери, израильская авиация смогла нанести ответный удар. Он пришелся по позиции ракетчиков под командованием подполковника Толоконникова, в полутора-двух километрах от которой на господствующей высоте располагалась мобильная группа центра РЭБ. После завершения первого налета на четырех пусковых установках (ПУ) дивизиона из восьми ракет оставалось только две, и командир дивизиона принял решение о перезаряжании ПУ. Один из водителей транспортно-заряжающей машины (ТЗМ) оказался недостаточно опытным и не смог с первого раза точно подъехать к пусковой установке, совместить направляющие ТЗМ и ПУ. В результате было потеряно драгоценное время. По словам очевидцев из 250-го ОЦ РЭБ, два израильских «Миража» зашли на малой высоте с тыла со стороны Каира, пролетели через «зеленую зону», обогнули возвышенность на предельно малой высоте и нанесли удар НУРСами по дивизиону.

Это был серьезный урок. Ракеты на транспортно-заряжающей машине от взрыва детонировали. Кроме нее, были уничтожены две пусковые установки, четыре ЗУР, а также повреждены антенный пост СНР-125 и РЛС П-15. Погибли восемь советских военнослужащих, в том числе весь стартовый расчет.

Согласно советским данным, всего в этот день в ходе противовоздушного боя советские и египетские ракетчики сбили пять израильских самолетов. Трезво оценив понесенные потери, израильтяне перешли только к разведывательным полетам.

В июле 1970 года в Египет прибыли советские специалисты из оборонной промышленности. Они должны были совместно с военнослужащими 250-го ОЦ РЭБ определить рабочие частоты СНР ЗРК «Хок» американского производства. Чтобы спровоцировать израильтян на выход станции в эфир, была подготовлена спецоперация. С аэродрома подскока Катамия подняли пару советских истребителей МиГ-21Ф. Одновременно с двенадцатиэтажного здания в Исмаилии на берегу Суэцкого канала запущен воздушный шар с уголковым отражателем. На экранах РЛС сложилась ситуация, когда один из советских самолетов вот-вот должен вторгнуться в контролируемое противником воздушное пространство над Синайским полуостровом.

Не имея времени для подъема истребителей, израильтяне включили ЗРК «Хок». СНР вышла в эфир на 10 минут, чего хватило для определения всех характеристик ее сигнала. По инициативе военнослужащих 250-го ОЦ РЭБ уже в октябре 1970 года из СССР для испытаний в боевых условиях прибыл опытный образец станции помех «Смальта», специально предназначенный для подавления станции наведения ракет ЗРК «Хок». Надо сказать, что во время войны Судного дня в октябре 1973 года благодаря установленным на вертолетах станциям «Смальта» из 57 египетских самолетов, обстрелянных ракетами ЗРК «Хок», ни один не был сбит.

Еще одним черным днем, теперь уже для советских летчиков, стало 30 июля 1970 года. В ходе тщательно спланированной операции Rimon 20 («Ветка») израильские пилоты смогли заманить пилотов МиГов в хорошо подготовленную засаду. Южнее Суэца произошел воздушный бой между двумя дежурными звеньями МиГ-21Ф (звенья капитанов Н. Юрченко и Е. Камнева) с 16 израильскими самолетами (12 «Миражей» и четыре «Фантома»).

В ходе операции четыре «Фантома» выстроились в «карусель», изображая неповоротливые «Скайхоки», и атаковали позицию египетской РЛС. Еще четыре «Миража» попарно в плотном строю под видом двух самолетов-разведчиков пересекли воздушное пространство над Суэцким каналом якобы для оценки результатов авиаудара псевдо-«Скайхоков». Расчет израильтян был на то, что и «Скайхоки», и самолеты-разведчики служили легкой целью для МиГов. Чтобы обеспечить численное превосходство в бою, в засаде за горой на малых высотах барражировали четыре «Миража». Еще четыре находились на ближайшем израильском аэродроме, готовые взлететь в любую минуту.

В ходе скоротечного боя четыре из восьми советских МиГов были сбиты. Один самолет взорвался в воздухе. Капитан В. Журавлев, старший летчик 135-го истребительного авиационного полка (ИАП), погиб. Три других советских летчика смогли катапультироваться. Двое из них, капитан Н. Юрченко, командир звена 135-го ИАП, и капитан Е. Яковлев, летчик 135-го ИАП, разбились о скалы при приземлении. Третий летчик, капитан Г. Сыркин, остался жив. Пятый МиГ-21М, который пилотировал капитан П. Макара, совершил аварийную посадку в аэропорту «Каир-Вест».

Одной из причин происшедшей в небе Египта трагедии стало плохое взаимодействие между двумя советскими командованиями – ВВС и ПВО. В частности, военнослужащие 250-го ОЦ РЭБ, занимавшиеся радиоразведкой у Суэцкого канала, предупредили командование советской авиационной группы во главе с генерал-майором Г. Дольниковым, что на малых высотах в засаде барражируют израильские самолеты. Находясь на одном из пунктов наведения, Дольников попытался предупредить трагедию и взять управление боем на себя. Но сделать это ему своевременно не удалось. Важнейшая информация о засаде, переданная группой перехвата 250-го ОЦ РЭБ, командованием основного пункта наведения на аэродроме Бени-Суэйф была проигнорирована.

Засадная группа

Надо признать грамотные действия израильтян. Летчики ВВС Израиля исходили из того, что «советские пилоты не имеют боевого опыта, а потому слабые тактики и будут действовать по шаблону, который легко предсказуем». Наведение израильских самолетов с земли осуществлялось с помощью условных коротких команд и лишь до выхода в район предстоящего боя, что затруднило эффективное применение станций помех 250-го ОЦ РЭБ для подавления каналов управления между авиабазой и пилотами противника.

После гибели трех советских летчиков и восьми ракетчиков командование 18-й ЗРД ПВО спланировало засадную операцию, в которую должны были попасть израильские самолеты. Для этого сформировали смешанную засадную группу, включавшую один египетский дивизион СА-75М «Двина» и два дивизиона С-125 «Нева». Советские летчики провожали ракетчиков со словами: «Отомстите за наших». В ночь с 31 июля на 1 августа группа зрдн смешанного состава скрытно совершила ночной марш и заняла позицию на покрытом густой зеленью берегу Суэцкого канала. Дивизионы тщательно замаскировали. Кроме основной позиции, были оборудованы ложные. Каждый дивизион прикрывали шесть ЗСУ-23-4 «Шилка». 250-й ОЦ РЭБ направил взвод станций помех УКВ радиосвязи Р-834.

В течение двух дней израильская авиация не могла обнаружить позиции ракетчиков. Чтобы спровоцировать противника, утром 3 августа египетский зрдн СА-75М «Двина» открыл огонь и сбил израильский самолет, раскрыв свое местонахождение. В ответ ВВС Израиля задействовали 16 истребителей «Фантом» и «Мираж» по два – четыре самолета в группе. В зонах поражения дивизионов каждая ударная группа находилась примерно две-три минуты. Массированный удар продолжался не более 16 минут.

В целом совместная советско-египетская засадная группа провела в этом бою десять пусков. Израильские ВВС потеряли пять самолетов. Два самолета сбил и один подбил (упал на территории противника) дивизион подполковника К. Попова. Еще один сбил дивизион подполковника Н. Кутынцева. Один самолет подбили египтяне. Засадная группа потерь не понесла. Помогло избежать бомбового удара грамотное использование ложной позиции зрдн С-125. Главный удар израильская авиация нанесла именно по ней. Вечером дивизионы свернулись и совершили ночной марш к местам постоянной дислокации.

Понеся тяжелые потери в воздухе, Израиль в ночь с 7 на 8 августа 1970 года согласился на прекращение огня с Египтом, продлившееся до октября 1973-го. За умелые боевые действия, во многом способствовавшие перемирию между сторонами, командирам дивизионов подполковникам К. Попову и Н. Кутынцеву было присвоено звание Героя Советского Союза, а личный состав двух дивизионов С-125 «Нева» наградили орденами и медалями.

Садату сказали нет

Во время египетско-израильского перемирия военнослужащие 250-го ОЦ РЭБ вели радиотехническую, радио- и радиолокационную разведку, занимались боевой подготовкой, а также обслуживанием техники и вооружения. Специальная группа со станцией ответных импульсных помех СПО-8 «Сапфир» (1РЛ25) периодически выезжала в места дислокации дивизионов С-125 «Нева», где проводила тренировки расчетов СНР в условиях применения активных помех.

28 сентября 1970 года умер президент Египта Гамаль Абдель Насер. 15 октября его место занял Анвар Садат, который по политическим взглядам тяготел к США.

В январе-феврале 1971 года военнослужащие 250-го ОЦ РЭБ получили приказ подготовить часть средств РЭБ, имущества и боеприпасов для передачи египтянам. С этой целью технику отремонтировали, покрасили, пополнили ЗИП. К этому времени было завершено обучение египетских расчетов РЭБ для работы на наземных радиопеленгаторных станциях НРС-1.

В марте 1971 года первый состав 250-го ОЦ РЭБ на лайнере «Иван Франко» убыл в Советский Союз. В период пребывания в Египте офицеры Центра подготовили и направили в Главный штаб Войск ПВО страны и Генеральный штаб ВС СССР целый ряд предложений по совершенствованию техники и вооружения, а также по боевому применению средств РЭБ. К сожалению, многие из них так и не были реализованы.

Начиная с мая 1971 года второй состав военнослужащих 250-го ОЦ РЭБ привлекался к обеспечению разведывательных полетов с использованием советского самолета-разведчика МиГ-25Р. Воздушная разведка обычно велась вдоль египетско-израильской полосы соприкосновения войск без ее пересечения. Однако был случай, когда пилотируемый летчиком-испытателем полковником А. Бежевцем высотный скоростной разведчик при маневре уклонения от ракет противника «воздух-воздух» и «земля-воздух» вынужден был залететь на территорию Израиля. С включенной разведывательной аппаратурой он пролетел всего в 29 километрах от центра Тель-Авива, сфотографировав в том числе дом премьер-министра Израиля Голды Меир. Этот случайный, по словам Бежевца, полет вызвал череду отставок в высшем военном руководстве еврейского государства.

В конце мая 1972 года президент Египта Анвар Садат обратился к руководству СССР с просьбой значительно увеличить советский воинский контингент и разрешить его широкое применение против армии Израиля по указанию египетского командования. Понимая, что удовлетворение этой просьбы фактически будет означать начало третьей мировой войны, Москва не пошла ему навстречу, что Анваром Садатом было принято почти как оскорбление. Вечером 6 июля 1972 года он пригласил к себе посла СССР в Египте В. Виноградова, главного военного советника генерал-полковника В. Окунева и в ультимативной форме предложил в 10-дневный срок вывести все советские войска из страны. Был организован воздушный мост, и 16 июля 1972 года эвакуация на Родину советских военнослужащих, членов их семей завершена.

Уроки и выводы

Благодаря советской помощи в египетской армии было создано 12 наземных частей и подразделений РЭБ. В целом египетские войска РЭБ с точки зрения технической оснащенности были способны успешно решать задачи, ранее выполняемые 250-м ОЦ РЭБ.

Были сделаны соответствующие выводы и в СССР. Исходя из опыта боевых действий на Ближнем Востоке в 1970–1973 годах, на вооружение частей РЭБ Войск ПВО страны поступили станции помех нового поколения. На территории СССР для прикрытия важных объектов в соединениях ПВО стали создаваться группировки из частей (подразделений) радиопомех. Группировка могла включать в себя:

  • отдельный радиотехнический батальон специального назначения, имеющий статус отдельной части и решающий задачи по подавлению обзорных бортовых радиолокационных станций пилотируемых средств воздушного противника;
  • группы (подразделения) помех, предназначенные для подавления сетей ультракоротковолновой радиосвязи и радионавигационных систем.

При прикрытии важного объекта батальон РЭБ, как правило, разворачивался в два эшелона. Подразделения первого эшелона прикрывали ориентиры возле объекта, а второго – защищали сам объект.

Позже, на основе опыта боевых действий в долине Бекаа (Ливан) в 1982 году, на вооружение частей РЭБ Войск ПВО СССР был принят наземный комплекс средств помех бортовой радиолокации, в состав которого вошли станции мощных шумовых помех типа СПН-2, СПН-3 и СПН-4. Они могли создавать активные шумовые маскирующие помехи по нескольким направлениям одновременно.

Для подавления РЛС дальнего обнаружения, установленных на самолеты ДРЛО типа E-3 Sentry и E-2 Hawkeye, была разработана станция помех «Пелена-1». Наземная подвижная станция мощных шумовых помех СПН-30 предназначалась для создания прицельных по частоте и направлению маскирующих шумовых помех всем типам авиационных РЛС.

В 80-е годы в Советском Союзе появились системы подавления и перехвата управления беспилотными летательными аппаратами (БПЛА) противника. Велась разработка станций постановки помех радиоаппаратуре, использующей цифровой сигнал, включая крылатые ракеты. Технические возможности станций постановки помех позволяли создавать на экранах РЛС самолетов противника или в электронной памяти крылатых ракет ложные радиосигналы, соответствующие отражению от горных массивов, морей, равнин, городов, рек, мостов, промышленных предприятий, военных объектов, позиций зрдн. Они могли блокировать работу электроники средств воздушного нападения вероятного противника и сорвать выполнение ими боевой задачи.

Подобные системы РЭБ поставлялись не только в советские войска ПВО, но и за рубеж. Поэтому аналогичная техника могла быть успешно применена сирийской армией для отражения массированного удара крылатыми ракетами «Томагавк» по авиабазе «Эш-Шайрат». Напомним, 7 апреля 2017 года два эсминца ВМС США USS ROSS (DDG-71) и USS Porter (DDG-78), находясь возле острова Крит, выпустили 60 крылатых ракет в сторону Сирии. По американским данным, одна из ракет сразу же упала в воду, а остальные достигли целей. Однако по сведениям Минобороны России, до авиабазы «Шайрат» долетело только 23 крылатых ракеты. Судьба 36 неизвестна. И то, что сирийская авиабаза на следующий день возобновила работу, подтверждает возможность применения сирийцами средств РЭБ.

Об успешной работе российских подразделений РЭБ в Сирии в наши дни говорит срыв удара 13 беспилотников (дронов), который был предпринят в ночь с 5 на 6 января 2018 года по двум российским базам. Десять дронов атаковали авиабазу ВКС России «Хмеймим», еще три – пункт материально-технического обеспечения российского ВМФ в порту Тартус. В результате умелых действий расчетов ЗРПК «Панцирь-С1» семь беспилотников были сбиты, а управление шестью перехвачено подразделениями РЭБ. Три из них удалось посадить, еще три взорвались от детонации при приземлении за территорией авиабазы.

Как оказалось, в обычных бортовых компьютерах дронов стояло специальное программное обеспечение, отсутствующее в широком доступе. В него с высокой точностью были заложены маршрут полета, координаты сброса шариковых бомб, а также записана трасса для возвращения. Определение координат и корректировка маршрута движения происходили по GPS. Вся эта конструкция по сути представляла автопилот от современного военного беспилотника. Полный отказ от радиоуправления обеспечивал радиомолчание, а значит, высокую скрытность и помехозащищенность. Один из БЛА был оборудован видеокамерой для контроля за маршрутом полета, корректировки и оценки результатов бомбометания.

Применение современных технологий и грамотная маскировка дронов под кустарно изготовленные аппараты говорят о прямой помощи террористам со стороны специалистов, способных производить ударные беспилотные летательные аппараты высокого уровня, в первую очередь из США и Израиля. На американский след указывает и самолет-разведчик Poseidon, который четыре часа барражировал в нейтральных водах Средиземного моря между базами «Хмеймим» и «Тартус».

Все это наглядно свидетельствует о том, что опыт применения РЭБ в Египте работает и сегодня. Его можно использовать для борьбы с БЛА. В связи с этим можно, в частности, вспомнить опыт защиты военных аэродромов в Египте в 1970–1971 годах. Тогда для защиты советских истребителей от возможных ударов израильской авиации на предельно малых высотах широко использовали небольшие аэростаты, заполненные инертным газом. Их поднимали круглосуточно на высоту порядка 200–300 метров и опускали только на время взлета или посадки МиГ-21Ф. В наше время крупные сети, прикрепленные к тросам аэростатов, могли бы препятствовать подлету дронов на предельно малых и малых высотах к особо охраняемым объектам.

Возросшую роль средств РЭБ отметил 24 декабря 2019 года министр обороны РФ генерал армии Сергей Шойгу. На расширенном заседании коллегии Минобороны РФ, говоря о ПВО российских баз в Сирии, он подчеркнул, что российские военные объекты надежно прикрыты системой ПВО и комплексами РЭБ. Только в 2019 году ими были сбиты 53 беспилотных летательных аппарата и 27 снарядов РСЗО (реактивных систем залпового огня).

Современные войска РЭБ по своему техническому оснащению, безусловно, кардинально отличаются от тех, что были 30–50 лет назад. На их вооружении находятся высокотехнологичные комплексы «Красуха-2.0», «Москва-1», «Мурманск-БН», «Борисоглебск-2», «Красуха-С4», «Хибины», «Свет-КУ», «Самарканд-У», «Инфауна», «Лесочек», «Житель», «Дзюдоист», «Заслон-РЭБ» и целый ряд других.

Опыт успешного отражения массированных налетов беспилотников и крылатых ракет в Сирии говорит о необходимости комплексного использования средств радиоэлектронной борьбы совместно с зенитными ракетными войсками и истребительной авиацией. Более того, опережающее развитие систем РЭБ позволит на практике эффективно задействовать современную концепцию применения сил и средств ПВО: «разведка – радиоподавление – поражение».

Это особенно актуально в наши дни, когда активно создаются электромагнитные бомбы, боевые части ракет, способные выжигать электронику противника за счет мощного СВЧ-импульса, а мир уже находится на пороге войн, получивших название радиоэлектронных.

Опубликовано в выпуске № 27 (840) за 21 июля 2020 года

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц