Версия для печати

Гражданская война или фазовая катастрофа?

Смута в США все более реальна, но за ней маячит гораздо более опасное лихолетье.
Калашников Максим

Впервые за много десятков лет перспектива яростной междоусобицы в Америке обретает зримые черты. В нашем прошлом «сеансе связи» известный питерский футуролог Сергей ПЕРЕСЛЕГИН сделал вывод о практически неизбежной гражданской войне в Соединенных Штатах. («ВПК», номер 33, 2020 г.)

Но вот готова ли к такому повороту РФ?

 

Максим Калашников:

- Однако возможна ли скоротечная Вторая Гражданская война в Соединенных Штатах без их распада? Задача понятна: необходимо уничтожить власть «деривативного», финансово-спекулятивного капитала. Но он может, мобилизовав американского люмпена, привыкшего к потоку дешевого импорта, превратить в поле боя всю Америку. Здесь не получится такой четкой линии фронта как в 1861-1865 годах. Здесь война может охватить все мегаполисы, что неизбежно повлечет за собой разрушение критически важной инфраструктуры, катастрофический спад экономики и крах доллара как мировой валюты. Этакий Ливан 1975-го и далее. 

 

Все-таки стоит рассмотреть и вариант, где происходит еще одна крупнейшая геополитическая катастрофа – следующая за расчленением СССР. Тем более, что признаков неадекватности части американской элиты все больше. Взять хотя бы призыв Хиллари Клинтон не признавать возможной победы Трампа на выборах в ноябре и выходить с протестами. Такое впечатление, что она готова развязать «майдан» у себя дома. Причем, в отличие от 1861 года, Америка уже не изолированный остров – хаосом в ней могут воспользоваться могущественные конкуренты. Я о Китае и Японии.

 

На стороне промышленных сил, олицетворяемых Трампом, нет и оформленной силы: Третьей (национал-прогрессистской) партии (в дополнение к Республиканской и Демократической) и своих отрядов штурмовиков. А именно это могло бы «сжать» гражданскую войну во времени. 

 

Сергей Переслегин:

- А я и не уверен, что ставится задача «сжать» войну во времени и в пространстве. Сталкиваются два технологических уклада, два мира-технологии, два мира-экономики. Может быть, даже – два мира-культуры. Одним словом, две Америки, каждая из которых считает себя мировым гегемоном и светочем прогресса, не говоря уже о «Граде на холме». В подобной ситуации, чтобы одна из сторон признала себя побежденной, нужно время – и полное разрушение экономической основы ее существования. Разрушение критически важных инфраструктур проигравшей стороны подразумевается как необходимое условие прекращения войны. В 1861 – 1865 гг. так и было: на Юге были уничтожены железные дороги, порты, полностью разрушено судоходство по Миссисипи, уничтожен (вырезан) даже скот, сожжены хлопковые плантации. Кстати, насчет «четкой линии фронта» в той войне – это очень сильное преувеличение. Даже само разделение на «Север» и «Юг»  для некоторых штатов было, скорее, актом случайного выбора, нежели сознательной позицией (об этом писал, в частности, Марк Твен). Сейчас, конечно, чересполосица будет большей, так ведь и война – другая, и средства ее ведения тоже. 

 

Я не уверен в неизбежности большой открытой горячей войны, но считаю ее вполне вероятной. И даже если американцы договорятся не бомбить собственные города дотла, «будет такая борьба за мир, что камня на камне не останется». Столкновение миров редко обходится без кровопролития.

 

Поэтому я и отвожу на войну довольно много времени – 4 - 5 лет. Само собой разумеется, не все это время будет заполнено военными действиями или стрельбой на улицах. 

 

С точки зрения внешнего наблюдателя это будет именно геополитическая катастрофа. Но ситуация сложилась (или, вернее, была сложена) таким образом, что воспользоваться этим обстоятельствам конкурентам США будет крайне трудно. Хотя, конечно, место «мирового жандарма» освободится, и будет немало желающих его занять. 

 

С точки зрения внутреннего наблюдателя, американца, сражающегося на победившей стороне, Штаты избавятся от огромного количества внешнеполитических обременений, погасят обязательства, данные предыдущими администрациями (среди прочего – за счет обесценивания доллара) и, наконец, перестанут «играть в геополитику». В этом и суть – произошла геополитическая катастрофа, но США в период реконструкции просто сменят геополитический вектор развития, уже устаревший, на новый. Может быть, космополитический.

 

Современный мировой гегемон будет сначала разобран, а потом пересобран.

 

Велики ли риски? Да, очень велики. И «перестройка» в форме гражданской войны вполне может закончиться так же как в старом Союзе: старое-то разрушили, а вот новое построить, увы, не удалось. Но без подобной стратегической игры шансов в долгосрочной перспективе нет вообще. Как некогда Великобритания, Америка слишком «перегружена обязательствами в различных районах земного шара», слишком привыкла к получению геоэкономической ренты и утратила способность к динамическому развитию. В конце концов, американская экономика уже четверть века только сдает свои позиции. Дальнейшее следование инерционному сценарию не обещает ничего, кроме постепенного упадка. Хотя и без катастрофы.

 

М.К.: - При таком хаосе в начальственных мозгах и эти шансы окажутся упущенными, как профукали их в 2000-2014 годах, в пору нефтяного изобилия. Напомним, что тогда провели «олимпиадизацию» и «футболизацию», но никак не промышленное возрождение страны. Отчего наращивание оборонного заказа и милитаризация экономики провалились в пустоту (некому использовать новые технологии в мирном производстве). Вспомним и упущенное для развертывания совместных с Белоруссией промышленных проектов. 

 

Кризис бесцельности Кремля крайне дорого обойдется стране в условиях жестокой глобальной трепки.  

 

С.П.: - Москва создала лучший в мире закон о стратегическом планировании (172-ФЗ), но так и не научилась стратегировать. Это – данность. Центр не умеет ставить цели и еще хуже умеет проводить свои планы в жизнь, находя «единственные ходы»  в условиях жесткого противодействия противника.

 

Но иногда мне кажется (может, это и иллюзия), что российские регионы постепенно учатся стратегировать. А крупные инженерно-промышленные корпорации – они у нас есть, и это не только Росатом и Русгидро – уже научились.

 

Но, конечно, чтобы страна могла воспользоваться плодами реализации региональных стратегий, чтобы регионы стали двигателем развития, многое в «вертикали власти» придется менять. И это вновь ставит вопрос о скрытой гражданской войне, «великом стоянии».

 

В конце концов, русский культурный код дает власти неограниченные полномочия, но требует от нее успешности. Иначе, как говорил товарищ Сталин, «у меня возникнут трения с моими избирателями».

 

М.К.: - Вы полтора десятка лет назад предлагали создать Стратегическую администрацию при президенте РФ. Вас никто не услышал. Нет у российской «элиты» и закрытой сети из структур, подпирающих государство и способных управлять переменами, активно конструируя будущее. А в способность нынешнего правительства или Совбеза создать план форсированной индустриализации РФ в условиях Великой депрессии-2 и распада прежнего миропорядка лично я глубоко не верю. Знаю уж наш постсоветский бомонд достаточно хорошо. 

 

Потому и предпочитаю готовиться к самому экстремальному варианту: к социально-экономическому краху РФ вослед за Соединенными Штатами, к ожесточенной борьбе за сохранение РФ как таковой и к окончательному решению вопроса с антирусской «пятой колонной» и прогнившей, слабоумной бюрократией. Такого никому не пожелаешь, но в данном случае ничего не поделаешь. Все наши попытки много лет предупреждать власть о грядущем крушении Второй глобализации и опасности сохранения сырьевой зависимости РФ ни к чему не привели. 

 

Максим Калашников

 

Полный вариант статьи читайте в новом номере «Военно-промышленного курьера». 

Loading...
Загрузка...

 

 

  • Past:
  • 3 дня
  • Неделя
  • Месяц